Блоги

Приветствия 16-му Костру

27 сентября состоялся 16-й павлодарский Цветаевский костёр! В адрес нашего традиционного праздника из разных стран и городов пришли приветствия, которые были оглашены на Костре:

От внучек А.И. Цветаевой:

«Дорогие друзья! Рада приветствовать всех собравшихся сегодня в Ленпарке у Цветаевского костра памяти! Мы вместе, и это здорово! Жаль, что меня нет с вами, но душой я всегда в своём родном Павлодаре! С теплотой и благодарностью вспоминаю наши прошлогодние встречи! Сегодня будет много музыки, стихов, прозы, будет много воспоминаний. Давайте помнить и вспоминать не только членов семьи Цветаевых, но и людей, бывших рядом долгие годы, поддерживающих, любящих их всех! Давайте помнить людей, которые берегли и сберегли их творчество для нас.

Давайте вспомним всех ушедших от нас в этом году. Буду помнить Льва Абрамовича Мнухина. Буду помнить Валентина Александровича Ермакова , ушедшего 5 сентября этого года. Это он сделал те памятные фотоснимки в 1958 году в Павлодаре, где семья вместе после долгих лет трудностей и разлуки… 5 сентября 1993-го ушла бабушка - Анастасия Ивановна Цветаева . 5-го сентября ст. стиля – день рождения Ариадны Эфрон. 5-го сентября день рождения Надежды Ивановны Катаевой-Лыткиной , сохранившей Дом Марины Цветаевой в Москве. Вот так переплелись нити жизни.

     Всем вам и вашим родным здоровья, сил и терпения в это непростое время! С надеждой на встречи, Ольга Трухачёва».

                                                        ***

Тёплые слова приветствия от Маргариты Андреевны Мещерской, старшей внучки А.И. Цветаевой, огласила на Костре её павлодарская одноклассница Лидия Гатыч:

 

ИЗ  ВОЛОГДЫ:

Дорогие цветаевцы Павлодара!

Примите нашу благодарность, наше  приветствие вам из теплой и солнечной в эти дни Вологды, от участников  Шестого Цветаевского костра на Вологодской земле, собравшихся сегодня у деревьев – рябины и ивы, посаженных  в память о Марине и Анастасии Цветаевых, у стен областной библиотеки.

Мы так далеко от вас, но мы вас слышим, чувствуем, понимаем, благодаря творчеству Цветаевых. Мы тоже  размышляем о судьбе этой семьи, и потому, вопреки всем расстояниям,  мы  вместе!

Низкий поклон  Славянскому центру, его руководителю Татьяне Ивановне Кузиной, и Ольге Николаевне Григорьевой за поддержку Цветаевского дома в Соколе, за передаваемый нам опыт создания музейных экспозиций, организации встреч, за подаренные ценные издания! Мы счастливы, что все больше читателей-вологжан открывают для себя произведения  Анастасии Ивановны Цветаевой, что есть, живет, действует музей ее имени в Павлодаре!

Это вдохновляет и нашу веру в открытие Цветаевского музейного центра в Соколе!

Символично и замечательно, что в этом непростом году свет и жар  общей  культурной памяти поддержан вашим и нашим костром в день рождения писательницы! Первый вологодский Цветаевский костер в 2015 году в Соколе тоже был в этот день!

Будем помнить – будем жить!

С уважением и  благодарностью,

от лица всех вологодских цветаевцев,

Елена Витальевна Титова.

                                                                 ***

Приветствие из Вологды дополнилось музыкальным видеоприветом из музея Марины и Анастасии Цветаевых в городе Александрове Владимирской области. Учёный секретарь музея Эльвира Борисовна Калашникова не только поздравила павлодарцев с 16-м костром, но и прислала замечательный видеоролик о всех Вологодских Цветаевских кострах с музыкальным сопровождением, мы его посмотрели в этот же день в музее:

                                                  

                              ИЗ  КАЗАНИ:

ДРУЗЬЯ, ВАС ПРИВЕТСТВУЕТ КАЗАНЬ!

 Поздравляем Вас с 16-ым  Цветаевским праздником!

 

Особое родство у тех,

Кого собрал костёр.

Он сизый дым

                  голов поверх

Как фимиам простёр.

 

Он горько-сладок, этот дым.

Он к небу устремлён.

Душе великой вместе с ним

Мир шлёт земной поклон.

( Александр Мальцев)

 

Желаем Вам Незабываемого  Дня!

 Литературный клуб «Озарение», г.Казань
Людмила Мишанина

 

                                      Из Кокшетау:

Дорогие павлодарцы! Примите наши горячие приветы и поздравления - с 16-м Цветаевским костром, который вы проводите в день рождения Анастасии Ивановны Цветаевой. Мы  счастливы, что пять лет назад смогли быть с вами и принять символический уголек, искорку, от которой зажгли свой Кокшетауской костер. Огромное спасибо Ольге Николаевне Григорьевой за ее подвижническую деятельность! Мы с вами мысленно, в этот день и не только. Вот и вчера, на нашем "пандемическом" Четвёртом костре мы говорили о Павлодаре, о связи между нашими городами, пели замечательную песню ваших авторов Ольги Григорьевой и Людмилы Бевз. Несмотря на все невзгоды, наши костры горят, и это яркий символ бессмертия Поэзии, Литературы, одухотворенного Слова. С праздником!

С надеждой на новые встречи, руководитель открытого литературного клуба "BOOKPArnas" при Музее истории города Кокшетау Рена Жуманова.

                          От павлодарцев-цветаевцев:

Дорогая Ольга Николаевна! Поздравляю вас, всех  активистов музея и всех любящих поэзию со 125-летием А. Цветаевой!

Сейчас родилось это стихотворение, которое посвящаю всем, кто искренен в Словах, в первую очередь вам, любимому светлому Поэту!

На ветках качается ветер,

качая во мне "основы".

И мне захотелось снова

сказать миру светлое слово,

всем посылая Искрами

искренности глубину,

не прогнозируя снова

"поймут или не поймут".

И, ветру подобная в смелости,

качаю основы прогнившие,

чтобы уже и в Бессмертии

мы были живыми, не "жившими"!

Чтобы летели Искрами,

листками с берёзы опавшими,

слова из души взлетевшие

и Правдою Жизни ставшие!

Снова в словах не вЫспренна.

Вновь искренней ставши и смелою,

жизнь наполняю вЕтрами,

Надеждой святою и Верою!

27.09.2020   НатаЛи

***

          С  Днём рождения Анастасии Ивановны Цветаевой!

Пусть костры горят не только в Павлодаре,

Пусть стихи её звучат по всей земле.  

Пусть узнает стар и млад о её даре,

Чтобы искры от костра остались и в тебе!

Экспромт от Галины Юнеман.

27.09.2020

Репортаж о Костре – в следующей записи!

 

Живое слово о Победе

В музее А. Цветаевой сотрудник павлодарского Дома-музея П. Васильева Татьяна Сергеевна Корешкова вручила благодарственное письмо за участие в проекте «Живое слово о Победе» Ларисе Ивановне Деркунской (крайняя слева).

Участники проекта - павлодарцы, члены литературного объединения им. П. Васильева, школьники рассказывали о героях Великой Отечественной войны, читали стихи. Была выпущена аудиокнига с этими выступлениями.

Благодарственными письмами за подписью директора Дома-музея П. Васильева З.С. Мерц также награждены члены правления Славянского центра О.Н. Григорьева и Л.Н. Бевз.

Гости из Нур-Султана

Высокий гость посетил сегодня музей Анастасии Цветаевой. Это руководитель представительства Россотрудничества в Республике Казахстан Алексей Анатольевич Коропченко (Нур-Султан). Надо сказать, что Алексей Анатольевич не впервые в Павлодаре, он был в прошлом году в сентябре на мероприятиях нашей традиционной Цветаевской недели и выступал на 15-ом Цветаевском костре (он тогда занимал должность советника Посольства РФ в Казахстане). Вместе с сыном Анатолием А.А. Коропченко осмотрел экспозицию музея, познакомился с наиболее интересными экспонатами.

 

Фото Елены ИГНАТОВСКОЙ.

День памяти М. Цветаевой

День памяти Марины Цветаевой отметили в павлодарском музее А. Цветаевой 31 августа. С сообщением  «Художественный образ Марины Цветаевой в творчестве художника Марка Порунина» выступила Татьяна Сергеевна Корешкова. Она рассказала о художнике, чья жизнь многие годы была связана с Казахстаном; о его картинах «Марина Цветаева» и «Пушкин и Цветаева»; о его дружбе с павлодарским профессором, музыковедом, литературоведом Наумом Григорьевичем Шафером… Звучали стихотворения и песни на стихи Марины Цветаевой.

Картина М. Порунина «Пушкин и Цветаева»

Слово Т.С. Корешковой:

«ДОЛГОЖДАННАЯ ВСТРЕЧА

Существует много портретных зарисовок образа Марины Цветаевой. У каждого художника своё видение. Мне хотелось бы представить портрет Марины Цветаевой Марка Николаевича Порунина. Многим поклонникам музыкальных вечеров в «Доме-музее Шафера» хорошо знакома картина перед входом в концертный зал – «Бах творит». В журнале «Музыкальная жизнь» (1994, №10) Н.Г. Шафер в статье «Оптимист, верящий в чудо» рассказал  читателям об этой картине. Она из личной коллекции Н.Г. Шафера, в 90-е годы прошлого столетия сам художник подарил её известному коллекционеру…»

Т.С. Корешкова рассказала также о других картинах М. Порунина из личной коллекции Шафера: «Лев Толстой в минуты отдыха», «Автопортрет», «Борис Пастернак».

«Автопортрет» М. Порунина

Собравшиеся узнали биографию этого замечательного, но, увы, сегодня малоизвестного художника. Он родился 17 января 1933 года в городе Рыбинске Ярославской области. Учился в художественной школе при институте живописи в Ленинграде, а после окончания Ленинградской художественной академии в 1961 году поехал на целину… 34 года он прожил в Казахстане, стоял у истоков создания Союза художников Казахстана. За всё время творческой деятельности было всего лишь две персональных выставки этого самобытного художника – в Целинограде и Павлодаре.

«Объектом творческих и духовных устремлений Марка Порунина, - продолжила Т.С. Корешкова, - была тема сильной и яркой личности, которую он пристально изучал, открывал в ней отражение целой эпохи. Его излюбленный жанр – портретная картина. Это Пушкин, Толстой, Достоевский, Блок, Пастернак, Маяковский, Цветаева, Есенин, Высоцкий, Шукшин. Он всматривался пытливыми глазами современника в лица поэтов, композиторов, выявлял помимо интеллекта и одухотворённости обаяние личности. Созданные им образы западают в душу».

Гости увидели эти портреты на чёрно-белых фотографиях, которые распечатал ещё в те годы Н.Г. Шафер:

«Одна из главных тем его творчества – трагедия беззащитности. Посмотрите на Пушкина, роняющего пистолет и падающего в синий снег…

…А вот Марина Цветаева, трагически раскинув руки, обнажённая, лежит среди подсолнухов: «Вот я вся нараспашку – душой и телом! Нужна ли я вам такая?...»

Фрагмент картины

Как вспоминает Наум Григорьевич Шафер, на персональной выставке художника в Павлодаре один наивный посетитель, увидев картину «Пушкин и Цветаева», с пафосом воскликнул: «Неправда! Они никогда не встречались, ведь они жили в разные эпохи!» Между тем Порунин почти в реалистической манере изобразил чудо – редчайшее чудо слияния родственных душ. Будь моя воля, назвал бы я эту картину «Долгожданная встреча», - говорит Наум Григорьевич.

Конечно, прозвучало хрестоматийное стихотворение М. Цветаевой «Встреча с Пушкиным»:

Я подымаюсь по белой дороге,
Пыльной, звенящей, крутой.
Не устают мои легкие ноги
Выситься над высотой.

Слева – крутая спина Аю-Дага,
Синяя бездна – окрест.
Я вспоминаю курчавого мага
Этих лирических мест.

Вижу его на дороге и в гроте…
Смуглую руку у лба… —
Точно стеклянная, на повороте
Продребезжала арба… —

Запах – из детства – какого-то дыма
Или каких-то племен…
Очарование прежнего Крыма
Пушкинских милых времен…

     Продолжает Т.С. Корешкова:

«Как видим, манера художника воспринимать вещи и тексты – добродушна, склонна к шутке, проказливости, «лукавой простоватости». В картинах Марка Порунина смесь иронии и чувствительности. Его работы притягивают к себе, интригуют, воздействуют сначала на эмоциональном уровне и постепенно приоткрывают многоплановое содержание. И, как говорил Булат Окуджава:

Каждый пишет, как он слышит.

Каждый слышит, как он дышит.

Как он дышит, так и пишет,

Не стараясь угодить…

Так природа захотела.

Почему? Не наше дело.

Для чего? Не нам судить…

Ни Марина Цветаева, ни Марк Порунин не творили в угоду времени, ситуации. Каждый был Личность.

В 1989 году М. Порунину было присвоено звание «Заслуженный деятель искусств Казахской ССР». В 1995 году он вернулся в Россию. 2 декабря 2014 года Марка Николаевича не стало. Его работы продолжают жить, радовать и удивлять. И спасибо Науму Григорьевичу Шаферу, сохранившему память о Марке Порунине.

Т. Корешкова прочла стихотворение Арсения Тарковского из цикла «Памяти Марины Цветаевой» (первое из шести):

Где твоя волна гремучая,
Душный, черный морской прибой,
Ты, крылатая, звезда падучая,
Что ты сделала с собой?

Как светилась ты, милостивица,
Все раздаривая на пути.
Встать бы, крикнуть бы, воспротивиться,
Подхватить бы да унести -

Не удержишь - и поздно каяться:
Задыхаясь, идешь ко дну.
Так жемчужина опускается
В заповедную глубину.
Сентябрь 1941

 

Вторая тематическая страничка встречи в музее посвящалась ещё одной истории, связанной с гибелью Марины Цветаевой.

Слово О.Н. Григорьевой:

Эта история во многом помогла мне понять тот роковой шаг Марины Ивановны, который был сделан ею 31 августа 1941 года в Елабуге. Но начну издалека…

Моя мама Александра Яковлевна Григорьева родилась и выросла в Яранске. Это небольшой чудный старинный городок на юго-западе Кировской области. Мама возила меня туда в детстве, к бабушке, а последние годы ездим в Яранск со старшей сестрой – на мамину родину. Так вот, сколько живу (в Новосибирске, Алма-Ате, Павлодаре) никогда не встречала ни одного земляка-яранца… И вдруг в 90-е годы в «Литературной газете» читаю статью «Мальчик из церковного хора. Григорий Санников – лирический поэт эпохи». И оказывается, этот поэт родился в Яранске! Как будто земляка встретила. Мало того, имя Санникова связано с именем Павла Васильева! Они не только дружили. Санников спас поэму Васильева «Христолюбовские ситцы» (будучи зав.отделом поэзии «Нового мира») и затем опубликовал её, он добивался полной реабилитации и восстановления доброго имени П. Васильева, вёл юбилейный вечер в связи с 50-летием репрессированного поэта, погибшего в 27 лет… В общем, имя Григория Санникова сразу запомнилось и стало «своим».

И вот в 2006 году, когда Третьи Международные Цветаевские чтения проходили на теплоходе, повторяющем последний путь Марины Цветаевой – из Москвы в Елабугу, я узнаю, что с нами на теплоходе плывёт сын поэта Г. Санникова Даниил Григорьевич Санников, доктор физико-математических наук. Про себя я вначале немного удивилась, какое отношение имеет он к Цветаевой (оказалось, что прямое!), но презрев приличия, сразу пошла сама знакомиться с Даниилом Григорьевичем. Во-первых, корни наши из Яранска! Во-вторых, надо ведь было рассказать о павлодарском музее Павла Васильева, единственном в мире! Д. Санников принял меня душевно, мы сразу нашли общий язык, было о чём поговорить… Интеллигентнейший, глубокий, образованный человек, бережно хранящий память об отце и, конечно, о маме – Елене Аветовне Санниковой  (Назарбекян). Его рассказ вошёл в мою книгу «Цветаевский теплоход» (Омск, «Амфора», 2018):

«…На борту нашего теплохода находился человек, для которого Берсут и Чистополь были не только названиями, а частью жизни. Даниил Григорьевич Санников рассказывает:

— Борис Алперс, профессор ГИТИСа, писал о моей маме Елене Санниковой (Назарбекян): «Она покончила с собой через два месяца после того, как покончила с собой таким же образом Марина Цветаева в соседней Елабуге. Они заранее договорились об этом при своих встречах в чистопольской эвакуации.» Конечно, «заранее договорились» — это его домысел, хотя на тему смерти разговоры несомненно велись… О том, что они встречались в Чистополе, когда Цветаева приезжала туда на три дня, есть несколько свидетельств. Прежде всего, это свидетельство Галины Георгиевны Алперс, жены Бориса Алперса. В 1985 году она написала воспоминания о том, как она ехала вместе со Цветаевой на пароходе, как она должна была сойти в Елабуге. Алперс пишет: «К концу пути я твердо решила, что в Чистополе я сойду на берег и, вопреки всем запретам, там и останусь… Я самовольно выгрузилась со всеми вещами на берег и заявила, что дальше не поеду, здесь у меня сестра, так я назвала близкую мне Санникову, жену поэта Санникова…» Марина Цветаева и Мур поплыли дальше, в Елабугу.

— Перед поездкой на эту конференцию, — продолжает Д.Г. Санников, — я позвонил своему брату Никите, который на три года старше меня, и спросил, помнит ли он Цветаеву в Чистополе. Он сказал, что как-то был на рынке вместе с мамой, куда-то отошел, а когда вернулся, мама стояла с какой-то женщиной. Мама представила ее: «Это Марина Ивановна Цветаева». Никита сказал, что это имя ему в то время ничего не говорило… Дело в том, что он не был в Голицыно, где мои родители зимой 1940-го года познакомились с Мариной Цветаевой. Там был я. Помню, как мама, отец и какая-то женщина гуляли по расчищенным аллеям, я с ними, но никакого внимания на эту женщину я, конечно, не обратил, и сказать, что я видел Цветаеву — это будет преувеличением. Хотя формально я ее видел…

Галина Алперс вспоминает о встрече на улице в Чистополе: «Нас было четверо: Субботина, Сельвинская, Санникова и я… К нам незаметно подошла Цветаева. «Я здесь два дня, в Елабуге — невозможно, там я совсем одна, хочу в Чистополь, здесь друзья; приехала говорить с Асеевым, он отказывается помочь. Что делать?! Дальше — некуда!!!» С каким отчаянием сказала она последние слова.

«Приезжайте сами, не спрашивайтесь ни у кого! Я так и поступила. И работу найдете, мы открываем столовую и все там будем работать», — сказала я, правда, не совсем уверенная, что у нее те же права.

«Как было бы хорошо! — воскликнула она с надеждой. — Я буду мыть посуду», — и она молитвенно сложила свои худые, натруженные руки.

«Ну что вы, Марина Ивановна, вы будете буфетчицей», — возразила ей Сельвинская.

«Нет, нет, с этим я не справлюсь, я хочу быть судомойкой, я хорошо мою посуду».

Разговор шел совершенно искренне и серьезно». (Г. Алперс. «Чистопольские воспоминания о Марине Цветаевой», журнал «Русская мысль», ноябрь 2000 г., публикация Д. Санникова).

В этом разговоре поражает не столько инициатива отчаявшейся Цветаевой, сколько слова Сельвинской. Какая щедрость: предложить поэту работать буфетчицей!

Мур пишет в дневнике 18 августа: «Жены писателей сказали, что они все сделают, чтобы устроить матери возможность жить в Чистополе…»

И еще одна цитата из воспоминаний Г. Алперс: «… Мы еще постояли, поговорили о своих трудных делах, и кто-то полушутя вспомнил местное чистопольское выражение: «Хоть головою в Каму». Выражение это чаще всего применялось по совсем пустяковым поводам.

«Да, да, верно: хоть головою в Каму!» — горячо воскликнула Цветаева, ее так же горячо поддержала моя Санникова, и они, взявшись за руки, отделились от нас и ушли в боковую улицу. На другой день Цветаева, ничего не добившись от Асеева и Тренева, уехала в Елабугу, где ее ждал сын.

Через три дня после этого памятного вечера пришло известие, что Цветаева повесилась в Елабуге, а еще через несколько дней покончила с собой Санникова…»

— На самом деле, — комментирует Даниил Григорьевич, — мама ушла из жизни 25 октября 1941 года. По свидетельству той же Г. Алперс, она очень боялась предстоящей зимы, говорила о том, что детям будет без нее лучше, о них позаботятся… Так же Марина Ивановна говорила о сыне.

Страница из альбома «Писательская колония: Москва – Чистополь – Елабуга. 1941-1943. Путеводитель по выставке» (2006)

Сыновьям Е. Санниковой Данилке и Никите было тогда 10 и 13 лет… Даниил Григорьевич вспоминает, как мать приезжала к ним в интернат в Берсут, в каком подавленном состоянии она была. Им в группе читали какую-то сказку, и мама даже не вызвала его. Даниил, узнав позже, что она приехала, побежал на берег Камы за ней. Она шла со старшим братом, Никитой. Данилка отдал ей небольшую связку сушеных грибов, которые он сам собирал и старательно сушил, а мальчишки украли у него часть… Его захлестнуло чувство жалости — и от того, что остальные связки грибов у него растащили, а он так хотел подарить их маме, а потом это чувство жалости перешло и на мать…

Д.Г. Санников вспоминает: «Мама, конечно, находилась в тяжелейшей депрессии. Это состояние, видимо, усугубилось после смерти Цветаевой… Она привязала бечевку от посылки отца с фронта к вьюшке печи. Но, поскольку расстояние было маленькое, она подогнула колени и так, потихоньку затягивая на себе петлю, умерла.

Я показывал выдержки из ее писем на фронт отцу очень опытному психиатру, он сказал, что это тяжелейшая депрессия, на грани выживания — или даже за гранью выживания. Существует мнение многих психиатров, что причиной самоубийства в 95 процентах случаев является депрессия. А оставшиеся пять процентов — это невыявленная депрессия. Обычно об этой психической болезни боятся говорить, именно потому, что это психическая болезнь. Но на самом деле депрессия — это единственная психическая болезнь, которая проходит бесследно. Если человек переживет депрессию, он возвращается к своему первоначальному состоянию. Если переживет…

Нашему отцу командование не сразу сообщило о смерти жены, поэтому он приехал в Чистополь только зимой. Я помню, как мы с братом провожали отца на аэродром. Самолет улетел, и мы стали возвращаться. Дул очень сильный встречный ветер, был сильный мороз, а как мы были одеты, понятно… И я помню, как я просто почувствовал, что могу не дойти. Ветер был такой сильный, пронизывающий, что приходилось идти, нагнувшись. Мы, конечно, шли молча. И я каким-то звериным чутьем чувствовал реальную опасность…

Когда я спросил у брата, помнит ли он этот эпизод, он сказал, что не помнит. Он вообще не любит вспоминать о Чистополе, потому что вся тяжесть смерти матери легла на него неизгладимым жутким впечатлением. Он первым застал ее мертвой. Прибежав в интернат, он стал кататься по полу и кричать… Я убедился не так давно, что у него до сих пор сохранилась эта глубокая травма, эти переживания. Об этом говорит и тот факт, что за 35 лет со дня смерти отца он только один раз побывал на его могиле, и то не по собственной воле… Все это его сильно травмирует.

А от меня смерть мамы скрыли, сказали, что она уехала в Тифлис к бабушке. Постепенно, постепенно я стал понимать, что мамы нет. Но для меня это растянулось на какое-то время… Когда отец приехал, чтобы забрать нас с братом из Чистополя в Москву, он повел меня на кладбище. А я попытался свернуть его с дороги. Он этому воспротивился. Я заплакал. Заплакал и он… На кладбище я встал на колени и поцеловал большой валун, камень, который положил мой брат на могилу матери. Я запомнил место — недалеко от часовенки и от входа на кладбище. Когда в 90-ом году я приехал в Чистополь и пришел на кладбище, увидел, что все заросло деревьями, было много новых захоронений… Я нашел только разрушенную часовенку. Цветы, которые мне подарили дети (примерно моего чистопольского возраста), я просто разбросал возле этой часовенки. Не удалось мне найти и дома, где жила мама. Его тоже нет…»

В Чистополе Даниил Григорьевич поехал на кладбище. Нас в первой половине дня повезли знакомиться с городом…»

Даниил Григорьевич Санников в музее города Елабуги. Август 2006 г. Фото О. Григорьевой.

Даниил Григорьевич ушёл из жизни в 2016 году. В «Новой газете» был опубликован некролог:

Памяти и физика, и лирика Даниила Санникова

Скончался Даниил Григорьевич Санников (р. 1931). Выпускник физического факультета МГУ, Санников был главным научным сотрудником Института кристаллографии РАН, доктором физико-математических наук. А в художественном мире его знали как постоянного гостя литературных и творческих вечеров, скромного и благодарного слушателя, читателя, ценителя русской лирики. Ему, как видно, передалась особая чуткость к слову отца, Григория Санникова (1899–1969), поэта с необычным голосом, поставленным камертонами Серебряного века и выстроенным маршами коммунистической эпохи.

Даниил Григорьевич положил много сил для издания его наследия – вернул отца читателям и стране. В издательстве «Прогресс-плеяда» вышло несколько сборников стихотворений Григория Санникова, его переписка с Андреем Белым... Здесь же увидела свет книга и Даниила Санникова «По зову памяти: Из архива отца».

Всегда очаровывали открытость, доверчивость этого человека к миру, ко времени. А ведь на его детство выпала война, трагическая смерть матери, красавицы Елены Назарбек, бесприютность...

Я рада, что сегодня, вспоминая Марину Ивановну Цветаеву, вспомнили мы и этого замечательного человека.

 

Святой день...

Икона «Успение Богородицы» Феофана Грека

28 августа большой православный праздник – Успение Пресвятой Богородицы. Его очень почитала Анастасия Ивановна Цветаева. Вспоминает Ирина Дмитриевна Карташевская (Москва), одна из самых близких молодых друзей А.И. Цветаевой, её крестница:

«Этот день Анастасия Ивановна Цветаева ждала каждый год… Бывая в Кясму (Эстония), Анастасия Ивановна обязательно посещала Пюхтицкий монастырь. Она приезжала туда 27 августа, а 28 августа, в Успение Пресвятой Богородицы, окуналась в святую ледяную воду.  Кто был рядом в эти дни с А.И. в Кясму, тот и сопровождал её в поездке. Я несколько раз была, и Борис Израилевич Шульдинер, и Алик Левин –  эстонский поэт и врач-кардиолог. Останавливались у художницы Ирины Бржецкой, на её хуторе. От неё 28 августа шли к купальне пешком через поле, это около километра. У купальни было две очереди, женская и мужская. Мужчины пропускали первыми женщин. Анастасия Ивановна догола раздевалась, спускалась вниз по ступенькам и, перекрестившись, с молитвой три раза опускалась в воду. После этого вылезала из воды, проведя руками по волосам и встряхивала руками, как бы освобождаясь от воды. Вытирать тело было  нельзя, надо было на мокрое тело  надевать одежду. А.И. предлагала мне тоже искупаться, но я не решилась. А.И. говорила, что много лет живёт этим днем, ждёт 28 августа, это для неё Святой день. Она очень верила в святую воду Пюхтицкого монастыря. Верила глубоко, потому и не болела.

Потом мы шли в монастырь, на службу, потом в трапезную, нас вкусно угощали. А.И. общалась с настоятельницей монастыря Варварой. И после всего уезжали в Кясму. Так было все 25 лет. Пока ехали в машине, много интересных мест проезжали. Я бесконечно благодарна Анастасии Ивановне за эти поездки, за наше общение…»

 А.И. Цветаева и  И.Д. Карташевская

Пюхтицкий Успенский монастырь.

Православный женский ставропигиальный монастырь Русской православной церкви, расположенный в деревне Куремяэ.

Пюхтица (Pühtitsa) по-эстонски означает «святое место».

 Основан в 1891 году. Монастырь никогда не закрывался.

 

А.И. Цветаева с Б.И. Шульдинером. Кясму, август 1983 г.

План тематических встреч

Публикуем план тематических встреч в музее А. Цветаевой. Все мероприятия будут проводиться с учётом эпидемиологической ситуации в городе, с соблюдением масочного режима и др.санитарных норм.

 

План тематических мероприятий музея Анастасии Цветаевой

на второе полугодие 2020 и первое полугодие 2021 года

 

                                                           2020

31 августа – День памяти М.И. Цветаевой. «Художественный образ Марины Цветаевой в творчестве художника Марка Порунина». Музей, 12.00.

27 сентября – Традиционный 16-й Цветаевский костёр. Ленпарк, 15.00.

25 октября – «О дружбе длиной в 40 лет…»  Новелла А.И. Цветаевой «Верочка Молчановская». Новые материалы. Музей, 12.00.

22 ноября – По страницам «Воспоминаний» А. Цветаевой. О поездке сестёр Цветаевых на похороны Льва Толстого в ноябре 1910 года.

28 ноября – «Имя твоё – птица в руке». К 140-летию Александра Блока. Музей, 12.00 (совместно с библиотекой Славянского центра).

27 декабря – традиционное предновогоднее мероприятие «Рождество в семье Цветаевых». Музей, 12.00.

 

                                                         2021

4 января – традиционный 7-й Цветаевский каток. Центральный городской каток, 12.00.

24 января – «Нам остаётся только имя…» 130 лет Осипу Мандельштаму. Музей, 12.00.

21 февраля – «Сказка о девочках-великанах» А.И. Цветаевой. К 100-летию со дня написания. Музей, 12.00.

28 марта – «Звучащее слово». К 100-летию актрисы Людмилы Джигуль. Музей, 12.00.

18 апреля – Из фонотеки музея. А.И. Цветаева о старшей сестре Марине. Музей, 12.00.

18 мая — Международный день музеев. Встреча друзей. Музей, 12.00.

24 мая – традиционная Цветаевская читательская конференция.

1 июня – «Уголок детства». Традиционная встреча со школьниками ко Дню защиты детей. Ленпарк, 12.00.

«Памятник сыну»

«Памятник сыну»

22 августа в музее А. Цветаевой вспоминали  день рождения Андрея Борисовича Трухачёва  – старшего сына Анастасии Ивановны Цветаевой. Он родился в 1912, в один год с дочерью Марины Цветаевой Ариадной Сергеевной Эфрон. Оба были красивы, умны и талантливы, и будущее их виделось юным матерям блестящим и безоблачным… Но по судьбам Андрюши и Али  безжалостно прошёлся 20 век,  катком навалились сталинские репрессии… Андрей Трухачёв был арестован вместе с матерью 2 сентября 1937 года в Тарусе, Ариадна Эфрон 27 августа 1939 в Болшеве. Лагеря, ссылки, выживание,  тяжёлая изнурительная работа… И, несмотря ни на что – творчество.

Андрюша Трухачёв и Аля Эфрон. 1916 г.

***

«…С Божьей помощью я благополучно родила сына и окрестила Андреем в честь Св. Андрея Первозванного.

- А муж ваш уже несколько раз приходил – узнавал, как вы, - сказали мне.

Моему мужу шёл тогда 20-й год.

Андрюша родился в четверть девятого утра, 9 августа ст.ст. 1912 г.

А перед самыми родами Борис читал мне вслух Гоголя. Под страницы его начал рождаться наш сын»  – так пишет о появлении на свет своего старшего сына Анастасия Ивановна Цветаева в книге «Памятник сыну».

Эта книга была выпущена московским Домом-музеем Марины Цветаевой, и она без преувеличения уникальна. Уникальна хотя бы тем, что воспоминания о сыне написаны матерью, которой шёл в то время 99-й год… А кроме воспоминаний Анастасии Ивановны включены в сборник статьи тех, кто знал Андрея Борисовича, общался с ним. А ещё рассказы, рисунки и стихи самого А.Б. Трухачёва – неординарного, талантливого человека.

Итак, родился Андрей Борисович Трухачёв 22 августа (по новому стилю) 1912 года, умер 31 января 1993 года. Его смерть стала непоправимым ударом для матери. Она пережила сына всего на семь месяцев…

В одной из последних записей, сделанных Анастасией Ивановной во время болезни, в больнице, в апреле 1993 года, говорится: «Наверное мне ангел-хранитель помогает –  вспоминать. И будет день, час, когда пойму – всё. Готов Памятник Сыну. Где поставить? В сердцах людей. И тогда в печать.»

Эти слова составители сборника взяли эпиграфом к нему. Увы, задуманная А.И. Цветаевой книга осталась не дописанной… Но составители – Ольга Андреевна Трухачёва, Глеб Казимирович Васильев и Галина Яковлевна Никитина подготовили оставленный А.И. Цветаевой материал к публикации, дополнили его воспоминаниями друзей, родных и знакомых. В 1999 году книга «Памятник сыну» вышла в свет.

Мы рады, что в нашем музее хранится экземпляр, в котором есть автографы составителей и многих авторов сборника. Теперь это и бесценная память… Г.К. Васильева, Г.Я. Никитиной, А.В. Пчелина, А.В. Ханакова, Д. Донской уже нет в живых…

На страницах воспоминаний, написанных А.И. Цветаевой, зримо предстают эпизоды жизни – вначале малыша, потом подростка, юноши Андрея Трухачёва. Вот мать с годовалым Андрюшей летом 1913 года в имении свёкра – Ярцевке (Воронежская область). Родители Бориса – Сергей Николаевич и Ирина Евгеньевна встречают сына с женой приветливо, а крестьяне Ярцевки воспринимают Андрюшу как наследника, будущего хозяина имения. Увы, совсем другая ждёт его судьба…

Через год Анастасия с Борисом расстались.

А.И. Цветаева с сыном в Феодосии, 1913 г.

С какой любовью описывает Анастасия Ивановна своего первенца! «Аля – в матроске, Андрюша – в тёмном бархатном платьице с белым воротником. Яркие большие глаза его, серые, горят на чуть розовом личике, прямой нос, пухлый, капризный рот, золотистые лёгкие волосы ниже шеи, по-девчонкиному, он очень красив, и голосок – колокольчик. Я постоянно – и я ли одна! – им любуюсь…»

А. Цветаева выходит замуж за Маврикия Минца, и 25 июня 1916 года у неё родился второй сын – Алёша. А 18 июля 1917 года годовалый малыш умер от дизентерии в Крыму, в Коктебеле. Анастасия Ивановна вспоминает, что умершего братика, с которым он так хорошо играл, Андрею не показали. «Потому от вести, что Алёши нет, что он в земле, на кладбище, Андрюша пришёл в страшное негодование. “Как вы могли отдать закопать в землю Алёшу?!” – кричал сын».

Страшные, голодные годы гражданской войны в Крыму… Да и потом, в Москве, было не легче. Анастасия Ивановна пишет: «Не забыть, как в голодный год с помощью профессора, знавшего папу, Андрюшу устроила в привилегированного типа приют (с 11-14 лет – на воздухе учили ремёслам (кроме школы, учёбы), а я работала и возила ему усиленное питание. Как он, помню, на весть, что приехала мать, кинулся мне навстречу…»

Потом Андрюша жил дома, учился в школе в Леонтьевском переулке. Анастасия Ивановна работала в библиотеке Музея изящных искусств, того самого, который создал их с Мариной отец – Иван Владимирович Цветаев (сейчас ГМИИ им. Пушкина). Когда в 1927 году она поехала в Италию по приглашению Максима Горького, Андрей остался у второй жены его отца  Бориса Трухачёва – Марии Ивановны Кузнецовой-Гринёвой. М. Горький прислал Андрею свою книгу «Детство» и свой портрет. А Андрюша вышил шёлковыми цветными нитками сцену из книги Горького к 60-летию писателя. Взаимоотношениям А. Цветаевой и М. Горького и этой вышивке посвящалось у нас в музее отдельное мероприятие, и на одной из Цветаевских читательских конференций об этом подарке Андрея Трухачёва великому пролетарскому писателю рассказывала Л.С. Прохорова.

В летние месяцы с  1929 по 1934 год, как вспоминает Анастасия Ивановна, они с сыном ездили в Воронежскую область, где отдыхали в усадьбе Елены Александровны Эртель, своеобразном писательском пансионате («Эртелевке»). Андрей Борисович учился в эти годы в Архитектурном институте. Вот как пишет о выборе сына А.И. Цветаева:

«Когда моему сыну Андрею было 20 лет, обнаружилось, что он художник. …Знакомые художники сказали: «Зачем ему идти в Архитектурный институт, когда он – прирождённый художник?!»

И был спор, учиться ли ему живописи или не учиться, не испортит ли ему учение – его прирождённых способностей? Но Андрей сказал:

- В нашей стране художники – нищие. Я не хочу быть нищим. – И поступил в Архитектурный институт.

Так же одарён, как и в живописи, он имел дар поэта – легко писал стихи к случаю: на профессиональном уровне, с высоким чувством вкуса».

В справедливости этих слов убеждают и рисунки, и книжка А. Трухачёва   «Сказка о больной слонихе, о лисе-франтихе и о деве-крокодилке с талией, как рюмка», и его экспромты, посвящённые павлодарским женщинам-сослуживицам (всё это, благодаря Ольге Андреевне Трухачёвой – в фондах нашего музея). В книге «Памятник сыну» опубликовано несколько стихотворений А. Трухачёва.

В 1935 году Андрей Борисович поехал по собственному желанию на Алтай на производственную практику. Туда, в город Риддер Восточно-Казахстанской области, Анастасия Ивановна приезжала к сыну в отпуск.

А 2 августа 1937 года в Тарусе её вместе с Андреем арестовали. И была долгая разлука длиной в 10 лет… Редкие письма, ежедневные переживания о сыне. «Мой дорогой Андрюша! Вспомнил ли ты меня 22-го в твой день рождения? Я послала тебе за несколько дней до этого письмецо на Архангельск…» - пишет Анастасия Ивановна из лагеря 25 августа 1943 года.

В 1947 году, после сталинских лагерей на Дальнем Востоке, А. Цветаева приехала к сыну в посёлок Печаткино Вологодской области, где он работал инженером-строителем.  Сын уже был женат. 29 октября его жена Нина Андреевна родила девочку, первую внучку Анастасии Ивановны, которую та назвала Маргаритой.

Повторно А.И. Цветаеву арестовали в Печаткино 17 марта 1949 года. А Андрея Борисовича – летом 1951 года. Жена с тринадцатилетним сыном от первого брака Геной и  дочерью Ритой поехала к свекрови в деревню Пихтовка Новосибирской области, где Анастасия Ивановна отбывала «вечную ссылку»…

А.Б. Трухачёв с дочерью Ритой. Пихтовка, 1955 г. Автограф А.И. Цветаевой на обороте снимка (Из фондов музея)

 

После освобождения Андрей Борисович недолго жил в Башкирии, в Салавате, а в ноябре 1956 года приехал в Павлодар. В феврале 1957 года к нему перебралась вся семья – мать, жена, дети. До 1974 года А.Б. Трухачёв жил в нашем городе, его знали как прекрасного инженера-строителя, высококлассного специалиста…

 

А.Б. Трухачёв с дочерью Олей. Павлодар, 1958 г.

Заканчиваются воспоминания А.И. Цветаевой в книге её стихотворением «Сыну»:

…Ненаглядный, милый и желанный,

Самый незабвенный человек!

Публикуются в книге и мемуары самого Андрея Борисовича «Воспоминание из детства», и замечательные записки об отце Ольги Андреевны Трухачёвой под названием «Была в его жизни сказка». И этот заголовок очень символичен – несмотря на все трудности, А.Б. Трухачёв оставался человеком творческим и возвышенным. Как он сам говорил: «Мы, Цветаевы, - все творцы и мечтатели».

Полтора десятка статей о сыне А.И. Цветаевой, вошедшие в книгу, позволяют зримо представить себе этого неординарного человека. Это воспоминания И. Карташевской, Г. Зелениной, Ст. Айдиняна, Л. Готгельфа и многих других друзей, родных, знакомых А.Б. Трухачёва и А.И. Цветаевой. Действительно, как и мечтала Анастасия Ивановна, получился ПАМЯТНИК СЫНУ. Не мраморный бюст или холодная бронза, а памятник живой, трепетный, волнующий, воскресающий в сердцах читателей образ сына, отца, дедушки, строителя, поэта, художника, мечтателя Андрея Борисовича Трухачёва.

О. Григорьева.

«Двух голосов перекличка…»

22 августа исполняется 120 лет со дня рождения Владимира Яковлевича Ионаса, юриста, доктора юридических наук, автора многих работ по авторскому праву, многолетнего друга А.И. Цветаевой. Он познакомился с Анастасией Ивановной в 1971 году на отдыхе в Эстонии. Знакомство переросло в доверительную дружбу. В архиве А. Цветаевой хранится более 200 писем В. Ионаса за период 1971-1988 гг. В планах нашего музея осуществить публикацию книги их интереснейшей переписки. Подготовил её к печати Юрий Григорьевич Волхонский. Он же предоставил данный материал о В.Я. Ионасе:

Владимир Яковлевич Ионас родился в семье петербургского провизора. С 1909 по 1917 год учился в немецкой школе St. Kathаrinen Schule. В 1917 г. в знак протеста против разгона большевиками Учредительного собрания класс, в котором учился В.Я. Ионас, объявил забастовку и не вышел на занятия. Юношеский демарш имел дисциплинарные последствия. Директор гимназии исключил всех бастующих из школы, после чего открыл приём в 8-й класс по подписке. Все (кроме шести человек, в том числе и В.Я. Ионас) подписку дали, а несогласная "шестёрка" без всяких условий была принята в гимназию К. Мая, которую благополучно окончила весной 1918 г. Одноклассником В.Я. Ионаса в гимназии К. Мая был будущий писатель Лев Успенский. После окончания учился на историко-филологическом и философском факультетах (в семинаре проф. Н.О. Лосского) Петроградского университета, закончил правовое отделение факультета общественных наук в 1924 году.

Работал в Ленинградской коллегии адвокатов и много лет – на скромной должности юрисконсульта ленинградских предприятий. Участник Великой Отечественной войны.

В 1954 году В.Я. Ионас защитил кандидатскую, а в 1966 году — докторскую диссертацию, посвященную вопросам авторского права. С 1958 года преподавал право. Автор многочисленных правовых статей и книг. В 1970-е гг. – профессор-консультант Центрального института повышения квалификации руководящих работников и специалистов народного хозяйства в области патентной работы. Владимир Яковлевич первым среди отечественных юристов дал определение творчества, представляя его как "продуктивное мышление", то есть воспроизводство "неготовых" мыслей без применения правил логики. Как представляется, именно эта норма определила подход В.Я. Ионаса и других юристов к критериям творчества в авторском праве. Суть этого подхода заключается в том, что критерием творческого характера произведения признавалась не творческая деятельность автора по созданию произведения, а элементы произведения, являющиеся объективным выражением творческой деятельности. Следствием этого был постулат: если в произведении нет самостоятельных элементов, представляющих собой объективно выраженный результат творческой деятельности, то произведение в целом не подлежит правовой охране.

 

С 1971 г. по середину 1980-х гг. Владимир Яковлевич летом отдыхал в Высу (Эстония), где и состоялось его знакомство, перешедшее в тесную дружбу с А.И. Цветаевой и Е.Ф. Куниной. В.Я. Ионас принадлежал одновременно старой культуре и советскому времени — следы такой двойственности можно найти во всех его работах. Будучи человеком разносторонних дарований, всю жизнь писал стихи — в основном, философского содержания. В составе его архива: драматическая поэма "Фауст против Мефистофеля", над которой Владимир Яковлевич работал более 30 лет (1943 – 1975); сборник стихов "В поисках истины"; биографические работы "Философия одной жизни. Исповедь", "1941 год. Военная хроника"; мемуарные очерки "Немецкая школа", "Коммунальная квартира", "Три встречи с Андреем Белым" и др. Опубликованы работы мемуарного характера: "А. И. Цветаева. Встречи. Переписка» и «Немецкая школа» (см. список литературы).

 Литература:

 Ионас В. Я. Критерий творчества в авторском праве и судебной практике. – М.: Юридическая литература, 1963.

 Ионас В. Я. Произведения творчества в гражданском праве. – М.: Юридическая литература, 1972.

 Ионас В. Я. Немецкая школа //История Петербурга. 2006. №1, 2, 3.

 Ионас. В. Я. Е. Ф. Кунина и А. И. Цветаева: Воспоминания//Дом Куниных: Воспоминания. Из литературного наследия/Сост. М. М. Кунин. – М.: Композитор, 2006.

 Ионас В. Я. М. Цветаевой: [стихотворение]//Южное сияние. Одесса, 2017. №1.

 Ионас В. Я. Анастасия Цветаева. Встречи. Переписка //Грани. 2001. №198, 199. См. также под заглавием «Сложная и противоречивая натура» в кн. Последний луч Серебряного века: Воспоминания об Анастасии Цветаевой. – М.: Дом-Музей Марины Цветаевой, 2010.

 При подготовке страницы были использованы материалы, переданные его дочерью, Н.В. Скворцовой.

 

 

О дружбе длиной в 40 лет…

Несмотря на условия карантина, фонды музея Анастасии Цветаевой продолжают пополняться интересными экспонатами и изданиями. Сегодня мы получили письмо из г. Подольска Московской области от Андрея Леонидовича Молчановского, который прислал нам две брошюры «Комментарии к новелле А.И. Цветаевой “Верочка Молчановская”».

Брошюра А.Л. Молчановского «Комментарии к новелле А.И. Цветаевой “Верочка Молчановская”» представляет большой интерес для исследователей творчества и биографии  писательницы.

В аннотации сборника говорится:

«Верочка Молчановская» - биографическая новелла, которую А.И. Цветаева посвятила своей близкой подруге Вере Никандровне Молчановской (1899-1966). В комментариях к новелле на основе биографических данных, а также писем, которые писала Вера Никандровна Анастасии Цветаевой в период 1950-1954 гг. детализирована её биография, показана глубина и бескорыстность дружбы Молчановской и Цветаевой».

Короткая новелла «Верочка Молчановская» была опубликована в книге А. Цветаевой «О чудесах и чудесном» (Москва, БУТО-ПРЕСС, 1991). Писала Анастасия Ивановна о своей подруге и в повести «Моя Сибирь». Тем не менее, этот персонаж до сего времени был малоизвестен и малоисследован. А.Л. Молчановский работал с письмами В.Н. Молчановской в Российском Государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ) и открывает в комментариях не только подробности биографии В. Молчановской, но и малоизвестные факты из биографии самой А.И. Цветаевой, в частности, о её работе в Московском комбинате иностранных языков (МОКИЯ). В брошюре приводится фрагмент из списка преподавателей МОКИЯ на 31 августа 1937 года, где указана и фамилия Цветаевой (а как мы помним, 2 сентября 1937 года Анастасия Ивановна вместе с сыном Андреем была арестована в Тарусе).

В.Н. Молчановская работала в МОКИЯ с октября 1930 по сентябрь 1937 года, там же работал её муж Борис Дмитриевич Реймерс (репрессирован и расстрелян в 1938 году).

Неоценима помощь, которую оказывала В. Молчановская Анастасии Ивановне, когда та находилась в ссылке в деревне Пихтовка Новосибирской области. Каждый месяц Вера Никандровна высылала ей «пенсию» (как она называла свою финансовую помощь) и, кроме того, посылки с вещами. Это было большим подспорьем в нелёгких условиях ссылки.

Для нас интересен такой фрагмент новеллы – Анастасия Ивановна пишет: «…Ссылка кончилась через семь лет. Я снова у сына (то есть уже в Павлодаре! – О.Г.), и туда (как узнав адрес мой?) – пришло мне письмо от Верочки Молчановской…». Значит, письма В. Молчановской в Павлодар тоже должны храниться в каком-то из архивов.

Когда в 1966 году В.Н. Молчановская умерла, А.И. Цветаева заказала в церкви в Москве обряд отпевания (муж сказал, что они неверующие, и он не отпевал Веру Никандровну)… В новелле она пишет, что на 40-й день со дня смерти Верочка ей приснилась и благодарила её во сне. «А благодарила она меня за единственное, что я для неё сделала – за то, что я отпела её… Значит, им это Там нужно…».

Завершает свои комментарии к новелле А.Л. Молчановский замечательной цитатой из письма Веры Никандровны: «А, в общем, никогда не надо роптать на судьбу, потому что всегда может быть ещё хуже».

Мы же будем надеяться на лучшее, и после снятия карантина обязательно проведём встречу в музее, посвящённую подруге А.И. Цветаевой Вере Никандровне Молчановской и дружбе этих двух удивительных женщин.

Ещё раз спасибо Андрею Леонидовичу за присланные материалы!

 

Вести из Елабуги

В 2018 году в Елабуге прошли девятые Международные Цветаевские чтения, на которые приехали  98 человек из десяти стран: Греции, Израиля, Испании, Италии, Казахстана, России, Сербии, Чехии, Эстонии, Японии и 14 городов России: Александрова, Екатеринбурга, Елабуги, Ижевска, Казани, Калуги, Москвы, Набережных Челнов, Нижнего Новгорода, Ростова, Стерлитамака, Сыктывкара, Уфы, Челябинска.

Среди участников были и мы с заместителем председателя Славянского центра Людмилой Николаевной Бевз:

Научная часть конференции прошла в формате публичных лекций, на которых было зачитано более сорока докладов, рассматривающих различные аспекты наследия поэта. На заседании круглого стола «Проблемы перевода творческого наследия М.И. Цветаевой» обсуждались особенности перевода и восприятия произведений поэта в разных странах. Организаторы обещали, что по итогам работы, по традиции, будет издан сборник материалов конференции. И вот приятная весть из Елабуги – сборник вышел!

Очень интересные доклады и сообщения опубликованы в нём, и мы обязательно посвятим сборнику отдельное мероприятие в музее. Конечно, более других нас интересуют материалы, касающиеся жизни и творчества Анастасии Ивановны Цветаевой. С таким докладом выступала на конференции Санчес-Ньевес Фернандес Марта, литературный переводчик из Испании, которая рассказала о трудностях и нюансах перевода «Воспоминаний» А.И. Цветаевой на испанский язык.

 

М. Санчес-Ньевес Фернандес, Испания, Алькала-де-Энарес

              «Воспоминания» Анастасии Цветаевой

В Испании широко переведены произведения русских классических авторов, однако такому жанру художественной литературы, как воспоминания или эссе, в которых сами авторы рассказывают о жизненных перипетиях во время политических перемен, до сих пор уделялось недостаточно внимания. В этой статье мы объясняем процесс перевода «Воспоминаний» А.И. Цветаевой. Это произведение является ценным историческим документом о жизни и творчестве М.И. Цветаевой и ее современников, наполнено историческими и художественными упоминаниями, которые заставили переводчиков погрузиться в глубокий процесс документации. Ключевые слова: перевод художественных текстов, Анастасия Цветаева, Марина Цветаева, перевод с русского языка на испанский.

M. Sanchez Nieves Fernandez, Spain, Alcalá de Henares «Memories» by Anastasia Tsvetayeva Translations of Russian classics are fairly frequent in Spain, but the same cannot be said about memoirs and essays where the authors tell their first-hand accounts on their lives and difficulties during the change of regime. In this article, we will try to explain the process of translation of A. Tsvetayeva’s «Memorias. Mi vida con Marina» from Russian to Spanish, a text of high literary and historical value on the life and works of Marina Tsvetaeva and her contemporaries, full of literary and historical references that compelled the translators to get immerse in a vast documentation process. Key words: literary translation; Anastasia Tsvetaeva, Marina Tsvetaeva, translation from Russian to Spanish.

В Испании широко известны и переведены на испанский язык художественные произведения не только классиков русской литературы, но и самых известных писателей начала XX века. Речь идет о таких авторах, как, например,  М. Булгаков или Б. Пастернак. А такому жанру художественной литературы, как воспоминания о жизни известных людей, до сих пор переводчиками уделялось явно недостаточное внимание. Именно поэтому меня заинтересовала книга сестры Марины Цветаевой Анастасии, которая в художественной форме передала коллизии жизни своей знаменитой родственницы. Однако вначале скажем несколько слов об истории этой работы, с которой вы можете познакомиться в библиотеке Литературного музея М.И. Цветаевой в Елабуге. Моя коллега Ольга Коробенко уже несколько лет сотрудничает  с издательством Hermida (http://www.hermidaeditores.com/). Три года назад она предложила Алехандро Эрмида, издателю и владельцу, перевести воспоминания Анастасии Ивановны Цветаевой, и, к счастью, он согласился. Но так как перевод такого произведения непрост в силу его объемности и наполненности большим количеством экстралингвистической информации, требующей тщательного изучения,  Ольга предложила мне поучаствовать в подготовке и осуществлении этого сложного проекта. И при финансовой поддержке Российского института перевода мы принялись за работу. Возможно, вам известно, что книга с хронологической точки зрения разделена на три части. Первая – это сами воспоминания Анастасии Ивановны о жизни Марины с 1896 года до последней встречи с ней в 1922 году, когда Марина уехала в эмиграцию. Во второй части Анастасия Ивановна рассказывает нам о поездке, которую она совершила в 1927 году, когда побывала у Горького в итальянской деревне Сорренто, и о том, как оттуда она ездила в Париж на встречу с сестрой. Последняя и, наверное, самая тяжелая часть – это воспоминания Анастасии Ивановны о том, как она узнала о смерти сестры, и о поездке несколько лет спустя сюда, в Елабугу,  с надеждой найти могилу Марины. В эту часть включены письма и воспоминания разных лиц, которые познакомились с Мариной Цветаевой в ее последние годы жизни, также описываются попытки автора узнать судьбу племянника – Мура Эфрона. Эти три части отличаются и тематически, и с точки зрения стиля автора. Поэтому мы с Ольгой поделили работу – она занималась переводом первой части, а я – второй  и третьей. При этом мы прочитали большое количество литературы о сестрах Цветаевых и об истории России конца XIX – начала XX веков. В конце статьи вы сможете познакомиться со списком изданий, в который включены переводы произведений Марины Ивановны на испанский язык, цитируемые в тексте произведения, например, «Бесы»  Ф.М. Достоевского, а также другие источники, которые помогли нам лучше понять исторические события, описываемые автором. Многие испанские коллеги приняли активное участие в подготовке этого проекта и помогли нам определиться с некоторыми старинными терминами, опираясь  на переводы с других языков. Их помощь также позволила нам значительно улучшить переводы стихотворений. Одной из ключевых проблем перевода первой части оказалась проблема перевода названий реалий той жизни. Например, старинных итальянских и немецких названий сладостей, которые сестры открыли для себя впервые в Италии, или названий определенных торговых учреждений в Швейцарии. Я также прекрасно помню, как долго мы спорили и каким бесконечным количеством электронных писем обменялись  с коллегами, чтобы найти, как называлось в Испании в начале века так называемое устройство «панорама». Эта часть изобилует стихотворениями, и не только Марины Ивановны,  но и многих других авторов. Мы решили включить в текст уже существующие переводы стихотворений на испанский язык, когда это было возможно. В некоторых случаях пришлось редактировать их, так как Анастасия Цветаева не вполне точно вспоминала тексты поэм. В других случаях она цитировала первоначальный вариант стихотворений, позднее измененных или редактированных самим автором.

     Что касается другого наследия Марины Ивановны, например, писем, мы включили, когда это было возможно,  их предыдущие переводы. Это решение позволило нам сохранить самобытность и несхожесть двух сестер. К тому  же мы зачастую не могли использовать заранее переведенные фрагменты писем в силу их отсутствия. В таких случаях нам приходилось прикладывать двойное усилие: переводить  эти самые фрагменты и сохранять стиль предыдущих переводов других писем Марины Цветаевой. Во второй части мы столкнулись с серьезным препятствием: Анастасия Ивановна постоянно цитирует фрагменты из произведений Максима Горького и упоминает о героях. Должна признать, не со всеми ними я знакома. Кроме того,  в эту часть включены письма, написанные А.И. Цветаевой  М. Горькому и найденные ею в его архиве. Но в текст не включены ответы писателя в связи с тем, что они были утеряны  в процессе жизненных коллизий и перипетий, произошедших с самой Анастасией. Все переводчики знают, что переводить, не зная контекста, – практически невозможно. Таким образом, нам пришлось временно приостановить работу и начать более подробно изучать жизнь Горького в Италии и знакомиться с упомянутыми в книге произведениями. То есть, я читала фрагменты различных романов и неоднократно обращалась  к коллеге, который переводил автобиографическую трилогию Горького, и он прислал мне переводы всех цитируемых автором фрагментов. Таким образом, мне удалось проникнуть в контекст и предложить исторически подтвержденный перевод. Итак, мы подходим к третьей части. Как вы помните,  я назвала ее самой тяжелой. Но говоря о ее «тяжести», я имею в виду не проблемы перевода, а эмоциональную напряженность текстов. До сих пор не могу не волноваться, вспоминая, как Анастасия Ивановна почти случайно узнала о смерти сестры; как она боролась и расспрашивала всех родственников и знакомых, чтобы выяснить,  что случилась, чтобы узнать, как и где сестра жила в последние годы, и как А.И. Цветаевой в конце концов удалось приехать в город Елабугу в попытке найти могилу сестры. 

      В этой части я не помню никаких особенных трудностей  в процессе перевода каких-либо выражений или слов,  но прекрасно помню, что много раз мне приходилось попросту вставать из-за стола и отходить, буквально физически отдаляться от оригинала, чтобы избежать психологического напряжения. Когда перевод был закончен, пришло время пересмотреть его и перечитать снова. Эту часть работы я выполняла самостоятельно, лишь изредка советуясь с Ольгой Коробенко. Дело в том, что носителю языка обычно легче найти опечатки, ошибки и неточности в тексте перевода. Переводчики должны не уставать бороться не только с трудностями перевода, но и даже (на последнем этапе издания книги) – с не всегда профессиональными и компетентными редакторами, профессиональные корректоры также зачастую не обладают достаточными знаниями  ни в области русской истории, ни в области русской культуры. К счастью, мне удалось «отстоять» свое мнение, и книга вышла без каких-либо серьезных исправлений со стороны издательства. В качестве примера я хотела бы представить стихотворение, переводом которого больше всего горжусь. Конечно, мне помогла замечательная переводчица с французского языка на испанский Мария Тереса Гальего Уррутия: мы вместе занимались переводом стихотворений, которые время от времени появлялись в тексте «Воспоминаний». Мне очень хотелось сохранить рифму стихотворений,  так как это является неотъемлемой частью русской поэзии. Сделав подстрочный перевод и посчитав количество слогов в каждом стихотворении, я объяснила Марии Тересе, какой тип стихотворного размера используется в поэме.  Таким образом нам удалось выбрать оптимальную окончательную форму произведения на испанском языке,  сохранив все основные каноны русского стихотворного  текста.

     Нет ничего невозможного, и всегда нужно стремиться опровергать известное английское выражение  «lost in translation» (утерянное при переводе). Я призываю всех коллег-переводчиков бороться за сохранение самобытности русской культуры, отраженной в произведениях русской литературы, при переводе на любой иностранный  язык.

 

Примечания 1. Fiódor Dostoievski (2016): Los demonios. – Barcelona, Alba Editorial. Traducción de Fernando Otero. 2. Sofia Fedórchenko (2016): El pueblo en guerra. La revo- lución. – Hermida Editores. Traducción de Olga Korobenko. 3. Cherubina de Gabriak; Zinaida Gippius (2015): Poemas como rezos. – Córdoba (Argentina), Alción Editora. Traducción de Natalia Litvinova. 4. Maksim Gorki (2012): Infancia. – Madrid, Automática Editorial. Traducción de Enrique Moya Carrión. 5. Maksim Gorki (2012): Mis universidades. – Madrid, Automática Editorial. Traducción de Enrique Moya Carrión. 6. Ósip Mandelstam (1998): La piedra. – Málaga, Centro de Ediciones de la Diputación de Málaga. Traducción de Aquilino Duque. 7. Benjamín Prado (2001): Los nombres de Antígona. – Madrid, Aguilar. 8. Aleksandr Pushkin (2005): Eugenio Oneguin. – Madrid, Cátedra. Traducción de Mijaíl Chílikov.

Encomiendo este libro al viento y a las grullas que pasan. Hace mucho que, al separarnos, la voz perdí al gritar. Como botella a la mar, lo echo al caos de las guerras. Como una vela en día de fiesta, de mano en mano corra. Viento, viento, mi fiel testigo, ve y a los míos diles que rumbo al sur en sueños viajo todas todas las noches.

            Я эту книгу поручаю ветру И встречным журавлям. Давным-давно – перекричать разлуку – Я голос сорвала. Я эту книгу, как бутылку в волны, Кидаю в вихрь войн. Пусть странствует она – свечой под праздник – Вот так: из длани в длань. О ветер, ветер, верный мой свидетель, До милых донеси, Что еженощно я во сне свершаю Путь – с Севера на Юг.

9. Douglas Smith (2015): El ocaso de la aristocracia rusa. – Barcelona, Tusquets Editores (Tiempo de Memoria). Traducción  de Jesús Cuellar Menezo. 10. Marina Tsvietáieva (1996): Antología poética. – Madrid, Poesía Hiperión. Traducción de Lola Díaz, versión de Severo Sarduy. 11. Marina Tsvietáieva (2009): Antología. 100 poemas. – Madrid, Visor Libros. Traducción de José Luis Reina Palazón. 12. Marina Tsvietáieva (2015): Diarios de la Revolución  de 1917. – Barcelona, Acantilado. Traducción de Selma Ancira. 13. Marina Tsvietáieva (2012): Mi madre y la música. – Barcelona, Acantilado. Traducción de Selma Ancira. 14. Marina Tsvietáieva (2009): Mi Pushkin. – Barcelona, Acantilado. Traducción de Selma Ancira. 15. Marina Tsvietáieva (2011): Poemas sueltos. – México, Universidad Autónoma de Nueva León. Traducción de Selma Ancira y Francisco Segovia. 16. Marina Tsvietáieva (2008): Viva voz de vida. – Barcelona, Editorial Minúscula, Barcelona. Traducción de Selma Ancira. 17. Marina Tsvietáieva (2008): Confesiones. Vivir en el fuego. – Barcelona, Galaxia Gutenberg. Traducción de Selma Ancira. 18. Marina Tsvietáieva; Borís Pasternak y Rainer Maria Rilke (2012): Cartas del verano de 1926. – Barcelona, Minúscula. Traducción de Selma Ancira y Adam Kovacsics. 19. Julián Vadillo Muñoz (2017): Por el pan, la tierra  y la libertad. El anarquismo en la Revolución rusa. – Guadalajara, Volapük Ediciones.

 

Опубликован в сборнике и мой доклад, посвящённый деятельности нашего музея:

 

О.Н. Григорьева, Казахстан, Павлодар

Популяризация творчества М.И. Цветаевой музеем Анастасии Цветаевой в Павлодаре

Музей Анастасии Цветаевой отметил 125-летие  М.И. Цветаевой циклом крупных мероприятий: кинолекторием документальных и художественных фильмов о жизни и творчестве поэта, акцией «Дети рисуют стихи». Ярким культурным событием 2017 года стала третья Цветаевская неделя. Выпущен нотный сборник, в который вошли новые песни на стихи Марины Ивановны. Состоялся первый павлодарский фестиваль авторской песни и романса на стихи великого поэта; прошла выставка «Александровское лето Марины Цветаевой». 13-й Цветаевский костер был посвящен юбилейной дате поэта. Ключевые слова: Музей Анастасии Цветаевой в Павлодаре; кинолекторий фильмов об М. Цветаевой, «Дети рисуют стихи», третья Цветаевская неделя, фестиваль авторской песни и романса на стихи М. Цветаевой, 13-й Цветаевский костер.

O. Grigoryeva, Kazakhstan, Pavlodar Popularization of the work of M. Tsvetaeva by Anastasia Tsvetaeva Museum in Pavlodar Anastasia Tsvetaeva Museum celebrated the 125th anniversary of M. Tvetaeva by the cycle of major events: documentary  and feature films about the life and work of the poet,  with the action «Children Draw Poems». The brightest cultural event of 2017 was the Third Tsvetaeva’s week. A music collection has been released, which included new songs on the poems of Marina Tsvetaeva. The first Pavlodar festival of the author’s songs and romances to the verses of the great poet took place; the exhibition «Alexander Summer of Marina Tsvetaeva» was held. The 13th Tsvetaeva bonfire was dedicated to the anniversary  of the poet. Key words: Anastasia Tsvetaeva Museum in Pavlodar;  a film lecture series about M. Tsvetaeva, «Children Draw Poems»,  the Third Tsvetaeva’s Week, a festival of songs and romances  on poetry by M. Tsvetaeva, the 13th Tsvetaeva bonfire.

Жизнь и творчество сестер Цветаевых тесно связаны. Марина посвятила младшей сестре прекрасные поэтические строки, Анастасия старшей сестре – главную книгу своей жизни «Воспоминания». Так же неразрывен рассказ музейщиков об их судьбах. С первых дней работы Музея Анастасии Цветаевой (он был открыт 4 января 2013 года при Славянском культурном центре Павлодара) проводились мероприятия и встречи, посвященные не только творчеству Анастасии Ивановны, чья жизнь многие годы была связана с Павлодаром, но и всем членам талантливой Цветаевской семьи: Марине Ивановне, Ивану Владимировичу, Сергею, Георгию и Ариадне Эфрон, Андрею Борисовичу Трухачеву. И, конечно, особое внимание М.И. Цветаевой было уделено в год ее 125-летнего юбилея, в 2017-м.

И начали мы этот юбилейный год необычно – мероприятием в Мюнхене. 7 января в мюнхенском Центре русской культуры «МИР» на празднике русского Рождества павлодарский Цветаевский музей отметил 60-летие со дня выхода книги Марины Ивановны «Лебединый стан». Как известно, в 1938 году, собираясь возвращаться в Россию, М.И. Цветаева переписала стихотворения «Лебединого стана» в записную книжку и оставила ее на хранение профессору Базельского университета Елизавете Малер. По этой рукописи, находящейся в библиотеке университета, и осуществил первое издание «Лебединого стана» Глеб Струве в 1957 году, именно в Мюнхене. Представитель музея Анастасии Цветаевой, заместитель председателя Славянского центра Людмила Бевз показала мюнхенцам репринтное издание книги, рассказала о ее создании и о нашем павлодарском Цветаевском музее. Собравшиеся настолько впечатлились встречей, что один из ее участников, Лео Химмельсон, прислал потом в адрес нашего музея свой акростих «Марина Цветаева». Таково было начало года, а затем последовал целый цикл мероприятий, посвященных 125-летию Марины Цветаевой. Назову самые крупные. Это кинолекторий, в рамках которого павлодарцы в воскресные дни посмотрели 12 документальных и художественных  фильмов об М. Цветаевой. Предварялись они небольшой лекцией о том периоде жизни поэта или о той теме, которые освещались в фильме. Кстати, открылся лекторий «Фильмом  о Марине», снятым в Елабуге на третьих Международных Цветаевских чтениях в 2006 году. На одной из встреч была показана инсценировка «Мой читатель, несомненно, в России» о жизни Марины Ивановны во Франции в 1925-1930-х годах. Сценарии цикла литературных вечеров, посвященных эмигрантскому периоду жизни и творчеству поэта, прислала в музей из Москвы сотрудник Дома русского зарубежья Надежда Егорова, с которой мы давно сотрудничаем. Заслуживает внимания проект «Дети рисуют стихи». Его мы осуществили вместе с преподавателями и учащимися Детской художественной школы №2. Ребята рисовали картины  на понравившиеся им стихотворения Марины Цветаевой, самые лучшие были отмечены подарками и дипломами  на традиционной Цветаевской читательской конференции. Больше всего зрительских симпатий завоевали работы 10-летних Софии Скиба и Карины Тулегеновой, которые нарисовали иллюстрации к стихам Марины Ивановны «Розовый домик»  и «За книгами». Пробуждать интерес детей и подростков  к поэзии, к творчеству сестер Цветаевых – одна из главных задач музея. Цветаевская читательская конференция проходит  в Павлодаре уже шестой год. Темы ее ежегодно меняются,  в 2017-м она, естественно, была посвящена творчеству Марины Ивановны. Своими размышлениями о поэзии Марины Цветаевой и Максимилиана Волошина (к 140-летию со дня его рождения) делились студенты педагогического университета, колледжей города. Юбилейной дате М.И. Цветаевой было посвящено еще одно наше традиционное и, можно сказать, эксклюзивное мероприятие – «Цветаевский каток». Эта зимняя встреча проходит всегда 4 января, в день именин Анастасии Ивановны,  и собирает на катке большое количество молодежи. Также  в январе 2017 года на концерте-презентации в большом зале Дома дружбы горожанам было представлено новое издание Цветаевского музея: нотный сборник посвященных А.И. Цветаевой песен под названием «Душа Анастасии». В него вошли композиции на стихи многих современных авторов из разных стран и городов, а открывают сборник 10 новых песен на стихотворения Марины Ивановны.

     Эти песни звучали и в марте на концерте, организованном музеем А. Цветаевой и клубом авторской песни «Серебряные струны». Концерт назывался «Весенний букет для Марины» и посвящался 125-летию великого поэта. Он собрал, без преувеличения, лучшие творческие силы города. Более десяти павлодарских поэтов прочли свои посвящения Марине Ивановне. Гости вечера с интересом знакомились с выставкой, на которой были представлены более 60 изданий из фондов нашего музея (самой М.И. Цветаевой и посвященные ей), в том числе довольно редкие, к примеру, книги, изданные в Париже и Нью-Йорке в те годы, когда творчество поэта в СССР было под запретом. Был представлен и синий том стихов М.И. Цветаевой из серии «Библиотека поэта» с автографом Анастасии Ивановны – дар музею от Ольги Андреевны Трухачевой. Что касается издательской деятельности музея, то к значительным событиям 2017 года можно отнести выход книги друзей и биографов Анастасии Ивановны – «Глебов» (Глеба Казимировича Васильева и Галины Яковлевны Никитиной). Книга называется «Встречи-свидания с Анастасией Ивановной Цветаевой»; ее рукопись и большое количество уникальных фотографий передала нам в музей Галина Яковлевна. Мы рады, что книга вышла в свет в юбилейном для Марины Цветаевой году, так как многие ее страницы посвящены великому поэту, а также созданию и становлению Дома-музея М. Цветаевой в Москве. Так, одна из глав называется «Освящение Дома Марины Цветаевой». Большой популярностью пользуется изданный в 2017 году «Цветаевский календарь», на страницах которого есть фотографии Марины Ивановны и цитаты из ее произведений. В этом же юбилейном году был издан нотный сборник «Гори, Цветаевский костер!». Но вернемся к мероприятиям. Ярким культурным событием 2017 года стала в городе третья Цветаевская неделя, прошедшая с 17 по 24 сентября. Состоялся первый павлодарский фестиваль авторской песни и романса на стихи знаменитого поэта  (в рамках Всемирного Цветаевского фестиваля – 2017), открылась выставка «Александровское лето Марины Цветаевой», предоставленная Литературно-художественным музеем Марины  и Анастасии Цветаевых в городе Александрове. Мы очень рады, что с ним у нас наладились тесные творческие связи. Выставка  работала месяц и вызвала большой интерес у павлодарцев,  ее посещали школьники и студенты. 18 сентября горожане пришли на открытие еще одной выставки – «Читая Цветаеву», на которой экспонировались литографии известной художницы из Казани Ирины Колмогорцевой. Татарстан хорошо представлен в нашем книжном фонде, поэтому подготовили мы к этому мероприятию и книжную выставку – многочисленные издания о Казани, Елабуге, Чистополе, музеях Елабужского государственного музея-заповедника. Кстати, эту выставку посмотрели и наши гости из столицы Татарстана, студентки Казанского федерального университета во главе со своим педагогом, кандидатом филологических наук, доцентом кафедры татарского языкознания Высшей школы тюркологии и татаристики им. Г. Тукая Института филологии и межкультурной коммуникации КФУ Р.К. Сагдиевой. В программу «Цветаевской недели – 2017» входили также встреча со школьниками «Мир детства Марины Цветаевой», поэтический вечер «Приношение Цветаевым», второй павлодарский «Праздник рябинки», а завершилась неделя 13-м павлодарским Цветаевским костром. Стихи Марины Ивановны читали на нем студенты и школьники, местные поэты и гости города. Праздник в старейшем городском парке был многолюдным, так что отпечатанных 250 эмблем костра для всех присутствующих не хватило…

Запоминающимся событием стала для сотрудников музея поездка на первый Цветаевский фестиваль, посвященный 125-летию Марины Ивановны, который прошел в казахстанском городе Кокчетаве (сейчас Кокшетау). Этот город, так же,  как и Павлодар, хранит память о пребывании в нем Анастасии Ивановны Цветаевой, в музее истории города открыта посвященная ей экспозиция. Инициатор Цветаевского движения  в Кокшетау поэт Рена Жуманова и стала организатором фестиваля и первого Цветаевского костра в этом городе. Мы рады, что первый кокчетавский Цветаевский костер был зажжен  от символического уголька нашего 13-го павлодарского  костра! Открытие и работа музея Анастасии Цветаевой в Павлодаре послужили творческим толчком ко многим инициативам, в том числе к появлению новых переводов стихов Марины Ивановны на казахский язык. В республике широко известны переводы алмаатинской поэтессы Гульнар Салыкбай. А в Павлодаре стихотворения знаменитого поэта стали переводить на казахский язык член Союза писателей Казахстана Сулеймен Баязитов и переводчик Куаныш Шайзадинов. Работы первого вошли в коллективный сборник «Два языка –  как два крыла», а второго – в авторский сборник «Поэзия  в сердце моем». В юбилейный год библиотечный фонд музея пополнился не только этими сборниками, но и рядом других изданий, посвященных М.И. Цветаевой. Так, наша землячка, гостья из Италии, переводчица и фотожурналистка Татьяна Алексенко преподнесла в дар музею сборник стихотворений Марины Ивановны на итальянском языке. От Юрия Бунчика из Нью-Йорка поступил его сборник с переводами стихов великого поэта на английский язык. Ольга Евсюкова из Тулы подарила свою новую книгу «Ветер судьбы. Тульский край в жизни и творчестве Марины Цветаевой». Большим успехом пользуются  у посетителей музея прекрасные московские издания юбилейного года – «Библиофильский венок М.И. Цветаевой. Автографы и мемориальные предметы из собраний Л.А. Мнухина и М.В. Сеславинского»; книга Светланы Салтановой «Марина Цветаева. Возвращение»; история жизни поэта в стихах, прозе, дневниковых записях «Тебе – через сто лет…», подготовленная Мунирой Уразовой. Из Израиля свою книгу «Воздух трагедии» с автографом передала Лина Кертман. Собственную новую книгу «Моя Марина» привезла недавно в Павлодар  из Томска писательница Ирина Киселева. При проведении мероприятий мы уже активно используем подаренный музею CD-диск «Марина Цветаева. Примите  как чудо» с автографами авторов-составителей Светланы Салтановой и Галины Данильевой. Мы очень благодарны  за поддержку всем нашим друзьям и дарителям, ведь понятно, что без их помощи наш удаленный от столиц музей, к тому же находящийся на территории другого государства, не мог бы быть в курсе всех новинок российского цветаеведения. Сейчас в фондах музея А. Цветаевой насчитывается 3200 единиц  хранения. И еще одна традиция есть в нашем музее. Каждую встречу мы начинаем с аудиозаписи: стихи Марины Цветаевой читает ее младшая сестра…

 

Юбилейные, десятые Цветаевские чтения должны были состояться в сентябре этого года. Но из Елабуги сообщили:

Дорогие друзья! В связи с угрозой распространения коронавирусной инфекции на территории Российской Федерации Елабужский государственный музей-заповедник с большим сожалением сообщает о переносе мероприятий, запланированных на лето и осень 2020 года.

Оргкомитет X Международных Цветаевских чтений переносит конференцию на сентябрь 2022 года.

 

Десять лет из жизни Цветаевой. 2

1.  (Продолжение)   

6.           6. Лето в Пихтовке

17 марта 1949 года в посёлке Печаткино Вологодской области (где она жила в семье сына после освобождения из лагеря) А.И. Цветаева была арестована как «повторница». 1 июня была приговорена к ссылке «на вечное поселение». Этапы, пять пересыльных тюрем… С августа 1949 года Анастасия Ивановна живёт в деревне Пихтовка Новосибирской области.

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1950. …Б. Пастернак посылает А.И. Цветаевой I часть романа «Доктор Живаго». Её  отрицательный отзыв. Создает русский литературный перевод с английского своего стихотворения 1937 года «To Thomas Carlyle». (Опубл.: «Мой единственный сборник».) В Сибири пишет рассказы, впоследствии вошедшие в книгу «Моя Сибирь» (1988) – «Домка», «Руслан и его хозяева». Рассказ «Тега», написанный тогда же, А.И. Цветаева посылает Б.Л. Пастернаку».

В музее хранятся подлинники фотографий из Пихтовки (подарок Ольги Трухачёвой).

А.И. Цветаева и Рита с соседями в Пихтовке

 

1.     7. Лето в Павлодаре

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1960. 31 мая – узнав о смерти Б.Л. Пастернака, А.И. Цветаева отправляется в Переделкино проститься с поэтом. Ее сопровождают С.И. и Ю.М.Каган.

Июнь – возвращается в Павлодар, в новую квартиру сына на ул. Советов, д. 92а. 1 августа – с этого числа хлопотами ГМИИ А.И. Цветаевой установлена пенсия республиканского значения в размере 700 руб.»

Две фотографии этого дома, сделанные А.И. Цветаевой, хранятся в фонде музея. Дом, к сожалению, не сохранился.

Слева направо: Рита, Оля Трухачёва на руках у мамы Нины Андреевны, Андрей Борисович Трухачёв.

1.                                     8. Лето в Колюпаново

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1970. Лето – на могиле у старицы Евфросиньи в с. Колюпаново. Эстония, Кясму. А.И. Цветаева с внучкой Олей. Общается с Хельгой Тынсон, автором монографии о певце Георге Отсе.»

Книгу о Блаженной старице Евфросинье, изданную в 1903 году в Сергиевом Посаде, Анастасия Ивановна прочла в ссылке, в Пихтовке. Книгу дал почитать сосед, а когда после прочтения Цветаева спросила, не может ли он продать эту книгу, сосед ответил, что принадлежит она не ему, а монахине, и книгу надо вернуть. Тогда Анастасия Ивановна стала жизнеописание Евфросиньи переписывать. А портрет Блаженной старицы перерисовала.

О старице Евфросинье А.И. Цветаева рассказывала в ссылке семилетней внучке Рите. А в 1959 году, уже из Павлодара, они поехали вместе с Ритой на могилу Блаженной, в Тульскую область, под город Алексин, в село Колюпаново. И с того времени Анастасия Ивановна ездила туда ежегодно. Обо всём этом она написала в очерке «О Блаженной старице Евфросинье, княжне Вяземской Евдокии Григорьевне (1735-1855)», который вошёл в её книгу «О чудесах и чудесном» (1991).  А тот самый портрет, который писательница перерисовала в Пихтовке, она бережно хранила всю жизнь:

В год 120-летия писательницы он  был напечатан в альбоме рисунков А. Цветаевой «Всех цветов палитры» (Москва-Елабуга, 2014). Здесь же опубликовано несколько рисунков из Колюпаново. Мне особенно нравится вот это изображение святого источника – автор как бы смотрит на него с высоты птичьего полёта, и пейзаж, с одной стороны, вполне реален, узнаваем, а с другой – невесом, прозрачен, словно это сон или воспоминание о чём-то светлом, нежном и вечном…

 

1.                               9. Лето в Ново-Талицах

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1980. В рижском журнале «Даугава», 7, вышли три главы из будущего, четвертого дополненного издания «Воспоминаний» А.И. Цветаевой – «Мы и Макс», «Осип Мандельштам и его брат Александр», «Триумфальное шествие Дмитрия Смолина» (с. 58–72). Предисловие М. Костенецкой. В журнале «Наука и жизнь», 7, вышла статья-рецензия А.И. Цветаевой «Пятисвечник» о книгах Веры Аркадьевны Парнес, посвященных ученым-ботаникам (с. 147–150). 17–19 июня – гостит в Ново-Талицах под Иваново в доме своих предков по отцовской линии по приглашению Галины Константиновны Кочетковой, тогда хозяйки дома. 22 июня – А.И. Цветаева в подмосковном доме отдыха в Матвеевском. Посещает Дом ветеранов кино, потом, в сопровождении Светланы Бачуриной, в гостях у Ю.Д. Коваленко. Отъезд в Кясму с Е.Ф. Куниной». 

В музее хранится книга Галины Константиновны Кочетковой, создателя музея семьи Цветаевых в Ново-Талицах, изданная в Иваново в 2008 году небольшим тиражом.

 

В неё вошли уникальные материалы, документы, фотографии, связанные с семьёй Цветаевых, в том числе и с Анастасией Ивановной Цветаевой. Опубликованы, к примеру, все её приветствия Цветаевским чтениям в Ново-Талицах, с 1989 по 1993 годы. В 1990 она писала:

«Третьему Цветаевскому чтению в Ново-Талицах.

Сожалея, что не могу по состоянию здоровья и возрасту (96 год) присутствовать, шлю всё своё сердечное внимание вашей встрече, друзья, и желаю вам и всем высказываниям вашим – успеха, силы выразить те чувства, что вы испытываете.

Шлю всю родовую цветаевскую энергию для продолжения дела памяти вашей – и всю мою душевную благодарность за верность вашей любви, за старанье увековечить эту память всему роду нашему, начиная даже не с отца моего, Ивана Владимировича Цветаева, профессора, учёного и создателя Московского Музея изящных искусств на Волхонке, а с деда и прадеда моего, священников, чьи некрологи говорят о доблести и скромности их жизни.

Благодарю и за посмертную славу творчества сестры моей, Марины. И всем участникам Третьего Цветаевского чтения шлю добрые пожелания и сердечный привет!

Анастасия Цветаева, 95-ти лет».

 

                             10. Лето в Эстонии

 

А.И. Цветаева, 1990 год. Фото Александра Ханакова.

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1990. Лето – вместе с И.Д. Карташевской А.И. Цветаева едет в Эстонию, в Кясму. Июнь – в приложении к «Литературной газете» «Досье», в выпуске «Мир Пушкина», выходит беседа М.И. Фейнберг с А.И. Цветаевой под названием «Воздух детства» (с. 19) о месте А.С. Пушкина в жизни А.И. Цветаевой. В Ставропольском книжном издательстве выходит публицистический ежегодник «Контакт-90. Дайджест молодежной прессы». В нем опубликован очерк Г.Н. Пухальской «Три встречи с А.И. Цветаевой» (с. 239–283). В очерк включены стихотворения А.И. Цветаевой «Как странно начинать писать стихи» (с.253), «Убоги милости тюрьмы» (с. 268), там же – фрагменты переписки Г.Н. Пухальской с А.И. Цветаевой.

Фрагмент очерка Пухальской (из фондов музея)

10 июля – заканчивает в Кясму большой очерк «Моя Эстония». 31 июля – пишет новеллу «История моей двойки», о своих школьных днях. (Опубл. в кн.: «Неисчерпаемое», 1992). 8 августа – создает очерки: «О блаженной старице Евфросинье, княжне Вяземской Евдокии Григорьевне (1735–1855)», «Воспоминание о Патриархе Тихоне», рассказ «О мощах св.Иоасафа Белгородского (Горленко»). (См. в кн.: А.И. Цветаевой «О чудесах и чудесном», 1991). Пишет очерки: «Мои переводы Лермонтова на английский язык», «Томас Карлейль в моей жизни». Они войдут в книгу «Неисчерпаемое» (1992). 21 августа – пишет краткий очерк «О М.И. Цветаевой, сестре моей», посвященный отпеванию по православному обряду М.И. Цветаевой, которое А.И. Цветаева исходатайствовала у священника в ссылке в 1949 году. (См. в кн.: «О чудесах и чудесном», 1991). В журнале «Россия молодая», 8, выходит обращение к читателям А.И. Цветаевой, предваряющее публикацию ее рассказа «Ральф» (с. 89–90)».

Какое насыщенное лето! Сколько публикаций, сколько новых произведений! А ведь Анастасии Ивановне скоро исполнится 96 лет!

А.И. Цветаева в Кясму. Фото Бориса Израилевича Шульдинера (Санкт-Петербург), который много лет сопровождал А.И. Цветаеву в её поездках в Эстонию.

А последним для Анастасии Ивановны стало лето 1993 года. Но это уже другая история…

 

О. Григорьева.

 

Десять лет из жизни Цветаевой. 1

Сейчас, в период карантина, наш музей Анастасии Цветаевой, как и все музеи Казахстана, работает он-лайн. Что не исключает наши интеллектуальные встречи, тематические мероприятия и продолжение изучения жизни и творчества А.И. Цветаевой.

Как известно, замечательная русская писательница Анастасия Ивановна Цветаева не дожила трёх недель до своего 99-летия. Родившись в 19 веке (1894 год), она пережила Советскую власть и умерла уже в новой России (1993). Невообразимо много событий, встреч, испытаний даровал ей ушедший 20 век… Вот лишь краткие штрихи:

Со старшей сестрой Мариной в ноябре 1910 года она ездила на похороны Льва Толстого;

В 1912 году была на открытии музея изящных искусств имени Александра III (сейчас ГМИИ им. Пушкина), созданного её отцом Иваном Владимировичем Цветаевым;

В 1927 году гостила на Капри у Максима Горького;

Вместе с сыном Андреем в 1931 смотрела, как взрывают в Москве Храм Христа Спасителя;

Десять лет, «от звонка до звонка», провела в сталинских лагерях на Дальнем востоке (1937-1947), а затем семь лет в ссылке в Сибири;

Её подругами  были Галя Дьяконова, впоследствии жена Сальвадора Дали – Гала, и Мария Кювилье-Кудашева, впоследствии Мария Роллан, жена писателя Ромена Роллана;

В 1992 году, в 98 лет, А.И. Цветаева летала в Амстердам на форум женщин-писательниц…

О каждом из этих эпизодов, и ещё о десятках других, можно писать отдельную повесть. А многие из них описаны самой Анастасией Ивановной в многочисленных книгах и очерках – главной книге её жизни «Воспоминания», книгах «Неисчерпаемое», «Моя Сибирь», «Старость и молодость», очерке «Моя Голландия» и многих других.

Мы решили сделать этим летом обзор лишь десяти лет жизни А.И. Цветаевой («лет» от слова «лето»). Что происходило в её жизни летом 1900-1910-1920-1930-1940-1950-1960-1970-1980-1990 годов? Конечно, это тоже лишь малые штрихи её невероятной жизни, своеобразные вехи, по которым можно составить представление о жизненном пути младшей Цветаевой.

Неоценимую помощь оказывает при изучении биографии Анастасии Цветаевой  книга её литературного секретаря Станислава Артуровича Айдиняна «Хронологический обзор жизни и творчества А.И. Цветаевой» (Москва, АКПРЕСС, 2010).

Каждый эпизод я буду иллюстрировать каким-то экспонатом, фотографией, книгой из фондов нашего музея.

1.      1. Лето в Тарусе

Итак, лето 1900 года. Младшей Асе пять лет (в сентябре исполнится шесть), старшей Марине в октябре будет восемь.

В «Хронологическом обзоре» Ст. Айдиняна сообщается: «С мая по часть сентября Ася и Марина Цветаевы в Тарусе. Поездка «всем домом» в гости к художнику Василию Дмитриевичу Поленову в его усадьбу Борок за Окой, близ села Бёхово. Праздник и иллюминация у Поленовых. Посещения С.Д. Мейн и родственной Цветаевым семьи тарусского врача Ивана Зиновьевича Добротворского».

Это лето сама Анастасия Ивановна подробно описала в «Воспоминаниях» (Часть 1, глава 9). «Полноценнее, счастливее детства, чем наше в Тарусе, я не знаю и не могу вообразить»    утверждала она.

Читая эту главу (как и в целом книгу), поражаешься памяти писательницы, воссоздающей мельчайшие детали, подробности, впечатления, «вкус и запах» времени…

«Летами мы жили в Тарусе, куда ездили всем домом с Курского вокзала до Ивановской станции (Тарусской) и оттуда семнадцать верст по невероятной (обрывами, то глинистой, с глубокими колеями, то песчаной) дороге – до парома (позже – до станции Ока и оттуда пароходом). За Окой на холмах виднелась Таруса. Также рано запомнилось слово «Поленово»,  неотделимое от на закате мерцавшей розовым огоньком поленовской церковки села Бёхова, за Окой. Там жил папин знакомый художник, Василий Дмитриевич Поленов. Нашу поездку к нему помню глуше, чем, вероятно, помнила Марина, которой в то время было лет восемь. Помню волнение от чужой, неведомой нам жизни, дома; волнение от лиц, имен,голосов большой семьи… Из деревянного шкафчика на  повороте лестницы полный, полуседой, добрый Василий Дмитриевич вынимал нам и дарил – каждому по одному – маленькие этюды (они стояли стоймя, как книги). Помню Маришу и Олю Поленовых (наших с Мусей однолеток) и маленькую рыжекудрую красавицу Наташу…»

 Сколько проникновенных строк посвящено Тарусе в «Воспоминаниях»!

«Таруса. Маленький городок на холмах, поросших березами, на левом берегу Оки. Яблочные и ягодные сады. Собор на площади (там же бывает ярмарка) и красная с белым Воскресенская церковь – на крутом холме. Это – на полпути к даче, где мы живем…»  В экспозиции нашего музея представлена картина «Светлое утро» тарусского художника Виктора Иванова, которую подарил  музею Борис Мансурович Мансуров. На картине изображена Воскресенская церковь в Тарусе, о которой пишет А. Цветаева.  В этой церкви спустя шесть лет, в июле 1906 года, отпевали мать Марины и Аси Марию Александровну Мейн, умершую от туберкулёза. По словам Анастасии Ивановны, со смертью матери кончилось её детство…

Представляю подарок Б. Мансурова на девятом Цветаевском костре в Павлодаре.

1.          2. Лето в Германии

Одна из самых известных фотографий Анастасии Ивановны Цветаевой – это снимок, сделанный в Дрездене летом 1910 года:

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна:

«1910. Июнь – И.В. Цветаев уезжает в Германию вместе с Анастасией и Мариной; он ездит по делам нового музея, над созданием которого неустанно трудится. Сестры в местечке Вайсер Хирш (Weisser Hirsh) в Лохвице близ Дрездена в семье пастора Бахмана, увлекающегося музыкой. Дружба с сыном пастора Хельмутом. Впечатления от профессиональной немецкой сказочницы, выступавшей на литературно-музыкальном вечере. Знакомство с семьей скульптора Бродауфа.

«А Асю… – умилительный 13 летний Christian торжественно вел под руку как свою невесту»; «А другой – темноволосый и светлоглазый Hellmuth вместве с другими мальчиками (мы с Асей были взрослые, богатые и свободные, а они Shulbuben (школяры. – ред.) которых пастор бил по лицу!) учили курить по ночам и угощали пирожными…» (М. Цветаева. Неизданное. Т. 1, Зап. Кн. 6, с. 358.)

Конец лета – сестры с экскурсией посещают замок Августа Сильного. Трагическая история заключенной в башне графини фон Позен. Дрезден. Саксонская Швейцария, пешие прогулки с отцом по горам. Марине необходимо к началу школьных занятий возвратиться в Москву, Анастасия не оставляет отца. Отъезд в Россию вдвоем с И.В. Цветаевым, по пути посещение Виттенберга, Магдебурга».

Об Иване Владимировиче и его музее издано много статей, книг, альбомов, исследований, часть из них есть и в нашем музее. Одна из первых – книга Ю.М. Каган «И.В. Цветаев. Жизнь. Деятельность. Личность» (Москва, «Наука», 1987). В 2013 году вышла замечательная книга Алексея Смирнова, она хранится в нашем библиотечном фонде с автографом автора музею.

В «Воспоминаниях» А. Цветаевой поездкам лета 1910 года посвящены три главы (7-9) девятой части книги. А вот как говорится об этих событиях в книге Юдифь Матвеевны Каган:

«Летом 1910 года Иван Владимирович взял сына (сын Андрей от первого брака – О.Г.) и младших дочерей с собою в Германию и поселил их под Дрезденом в семье пастора. Потом сын уехал. И снова: «Мы остались одни в незнакомой семье», - пишет А.И. Цветаева. Это делалось для того, чтобы девочки не забывали немецкий язык. Иван Владимирович продолжал свои дела, связанные с музеем, болел, лечился, жил в деревне в Саксонской Швейцарии. К этому времени относятся очень интересные письма к П.И. Бартеневу: «Здесь учишься не только у директоров… но и у сторожей…»

«Судьба дала мне возможность увидеть всё это научно-административное делание воочию; надобно рассказать об этом на нашей родине в поучение поколениям, идущим нам на смену. Музеи считаются здесь могущественными образовательными центрами…». И тут же сообщение о том, что к нему в Берлин приехали дочери: «Одна из них, старшая, воротилась домой (в окрестности Дрездена), имея там урок в одной московской семье… а младшая осталась сопровождать меня в Магдебург, Виттенберг и Дрезден».

Иван Владимирович пишет в этом письме о том, что Анастасия «разорила» его «на открытки с напоминаниями Виттенберга о Лютере».

Ещё из книги Каган: «И везде он был с дочерью, показывал, объяснял: «Ходя из одной комнаты в другую, видишь воочию Германию XV-XVIвеков с её низкими потолками, мало пропускающими свет окнами, всюду дерево, и дерево без обоев и пышности Барокко и Рококо, заполнивших всю Европу, а оттуда через наших бар занесённых и в наши захолустные сельские усадьбы…»

Это общение с отцом, жизнь с Мариной в «норвежском домике», музеи Дрездена, многодневная пешеходная экскурсия по горным дорогам Саксонской Швейцарии – всё останется в памяти Анастасии Цветаевой как лучшие страницы её юности. Через десять лет эта благополучная жизнь будет вспоминаться как сказка…

 

1.        3. Лето в Крыму

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна:

«1920. Лето – голод; помощь Е.Н. Калецкой, А.К. и Е.К. Герцык. А.И. Цветаева с сыном Андреем помещена на два месяца в больницу Красного Креста. На пароходе «Румянцев» А.И. Цветаева с сыном возвращается в Феодосию. В Феодосии, распродав оставшиеся вещи, снимает комнату – бывшую кухню. Преподает отстающим ученикам французский и немецкий языки. Ей помогает Н.И. Хрустачёв».

«…За последние полгода в Судаке они с сыном испытали голод, лежали в больнице Красного Креста (это здание в Судаке сохранилось – О.Г.). Их оттуда свели под руки…

…В ответ на расклейку записок о преподавании языков, с первых же дней находит уроки: у начальников, у торговцев. Отношение – как к служанке. Впускают с черного входа, о деньгах приходится напоминать. Зато – счастье купить на свой труд – на базаре – вязочки дров и… печь на подсолнечном масле! оладьи! из серой муки! Быть сытыми!» — это о себе (в третьем лице) и Андрюше пишет А. Цветаева в романе “Amor”.

Марина Цветаева, получив в 1920 году долгожданную весточку от младшей сестры из Крыма, пишет Е.Л. Ланну: «Дорогой Евгений Львович! У меня к вам большая просьба: я получила письмо от Аси – ей ужасно живётся – почти голод — перешлите ей через верные руки тысяч двадцать пять денег, деньги у меня сейчас есть, но никого нету, кто бы поехал в Крым, а почтой – нельзя. Верну с первой оказией: — Ради Бога!»

А сын, Андрей Борисович Трухачёв, вспоминал об этом времени: «…Тогда мама, которая после освобождения Крыма работала в Наробразе и за свой труд, как это ни странно, в течение месяца от работы приносила 12 дюжин деревянных пуговиц, точеных на токарном станке. И каждый день, кроме того, она ежедневно приносила, ну… маленькую ложечку меда». («Памятник сыну».)

В 1972 году А. Цветаева в «Истории одного путешествия» (Крым-Москва) писала: «…Тут я жила с 8-летним Андрюшей… Я спала там в углу, а сын – на диванчике… Тут он переболел корью, и с нами чужие дети… брошенные после боев…»

Борис Бессарабов – красноармеец, с которым М. Цветаева познакомилась в начале 1921 года, воспользовался партийными связями, чтобы помочь Асе  возвратиться  в Москву в мае 1921 года. По воспоминаниям В. Звягинцевой, «Марина ужасно волновалась за Асю… Она говорила о ней каждый день: «Ася, как Ася, что сейчас с Асей?». Потом Ася приехала – абсолютно беззубая, с обнаженными цингой деснами…». 

В «Краткой хронике жизни и творчества А.И. Цветаевой», подготовленной Г.Я. Никитиной и В.И. Масловским и опубликованной в книге «Последний луч Серебряного века» говорится также, что в 1920 году в Судаке А. Цветаева «написала два авангардистских текста (в соавторстве с Георгием Цапок) – «Начало и конец» и «Leau» («Вода»). Оба произведения погибли».

На снимке – экспозиция, посвящённая 125-летию А.И. Цветаевой, в музее Марины и Анастасии Цветаевых, г. Феодосия (июнь 2019 г.)

1.         4. Лето в Москве

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1930. В журнале «Новый мир» в сдвоенном номере 8/9 выходит фрагмент обширных записок о М. Горьком под заглавием «Из книги о Горьком» (с. 94–115) под псевдонимом А. Мейн.  А.И. Цветаева дописывает документальную повесть о К. Сараджеве, «Звонарь» подзаголовок её «История одной судьбы» (исчезла при аресте в 1937 году)»

Впечатления о встрече с Горьким в Сорренто в 1927 году и разговоры с писателем Анастасия Ивановна начала записывать «по горячим следам» ещё в Италии. В 1929 году она передаёт свои записки Алексею Максимовичу с просьбой «вычеркнуть то, что будет излишне». Горький ответил, что «не позволяет себе критиковать ему посвящённого». Тем самым он дал добро на публикацию, и А. Цветаева отдала рукопись в «Новый мир». Подписалась она псевдонимом (фамилией матери) – А. Мейн.

Можно отметить, что к этому времени А.И. Цветаева уже была членом Союза писателей. Ст. Айдинян пишет в «Обзоре…»,  что при прощании с Владимиром Маяковским (апрель 1930 года) Анастасия Ивановна, как член Союза писателей, стояла 40 минут в почётном карауле у гроба вместе с сыном Андреем Трухачёвым.

В члены Всероссийского союза писателей А. Цветаева была принята ещё в 1921 году по рекомендации Н.А. Бердяева и М.О. Гершензона, при участии В.В. Вересаева.

Вот фрагмент из содержания журнала «Новый мир» за 1930 год:

Рубрика ПИСЬМА, ВОСПОМИНАНИЯ, МАТЕРИАЛЫ: 

Бонч-Бруевич, Вл. Первое покушение на В. И. Ленина 1 января 1918 г. I 145.
Мандельштам, М. Из воспоминаний политического защитника. XII 118.
Мейн, А. Из книги о Горьком. VIII-IX 94.
Неизданное стихотворение Валерия Брюсова  Памяти Ленина , с предисл. И. Короткина. VI 171.
Неизданные письма И, С. Тургенева и А. В. Топорову (предисловие и примечания Л. С. Утевского). II 210.
Письма иностранных писателей. Предисловие Вяч. Полонского. VII 175.
Цявловский, М. Забытое стихотворение Пушкина  Исповедь стихотворца . IV 169.

Так выглядела обложка «Нового мира» в 1930 году

1.       5. Лето на Дальнем Востоке

Летом 1940 года Анастасия Ивановна была в сталинском лагере на Дальнем Востоке. Арестовали её вместе с сыном Андреем 2 сентября 1937 года в Тарусе. Пять месяцев провела в Бутырской тюрьме. 10 января 1938 года тройкой НКВД приговорена к 10 годам исправительно-трудовых лагерей и отправлена на Дальний Восток. И в тюрьме, и в лагере писала стихи (на русском и английском), которые её спасали… В 1939 году начинает писать автобиографический роман «Amor».

Из «Хронологического обзора» Ст. Айдиняна: «1940. Продолжает роман Amor». В сюжетную линию его вплетён мотив – А.И. Цветаева как бы пишет поэму, посвященную главному герою, Морицу, прототипом которого был А.А. Этчин. Пишет стихотворения: «Портрет», «Улыбка», «Морок», «Полынь» и др. Рукопись с помощью А.А. Этчина частями передает в письмах в Москву, родственникам. Создаётся почти весь цикл стихов «Мыльные пузыри».  Соэтапницы доносят на А.И. Цветаеву: она говорила, что не простит советской власти того, что видела в 1936 году, не простит невинно-репрессированных, лишенцев».

 

(Продолжение следует)

 

 

С днём рождения, Командир!

18 июля коллектив музея Анастасии Цветаевой сердечно поздравляет председателя Славянского центра Татьяну Ивановну Кузину с днём её рождения!

Как только не называют в Славянском центре Татьяну Ивановну! «Наша мама» и «Атаман», «Добрый ангел» и «Командир»! Она – Душа центра, без которой невозможно представить все добрые дела и начинания нашей большой и дружной семьи!

С самого первого дня, когда семь лет назад по решению Т.И. Кузиной в Славянском центре разместился музей замечательной русской писательницы Анастасии Цветаевой, Татьяна Ивановна не просто оказывает нам свою неоценимую помощь и поддержку всех идей, она сама прониклась Цветаевской темой и стала настоящей «цветаевкой» - ведущей павлодарских цветаевских костров, участницей конференций и традиционных праздников! Мы вместе принимаем гостей и открываем выставки… А чего стоит «павлодарский десант» в Елабугу на Международные Цветаевские чтения!

Вот лишь малая-малая толика фотолетописи за последнее время:

Т.Кузина выступает на вечере, посвящённом 80-летию внука А.И. Цветаевой Геннадия Васильевича Зеленина, в актовом зале Дома Дружбы. Обратите внимание, как молодёжь её представляет!

А это в сентябре прошлого года мы встречаем младшую внучку А.И. Цветаевой Ольгу Андреевну Трухачёву (вторая справа), приехавшую в Павлодар на празднование 125-летия бабушки и наш юбилейный 15-й Цветаевский костёр:

 

Ведущая Костра:

 

Долгожданная памятная доска в Ленпарке, открытая благодаря содействию Т.И. Кузиной и помощи нашего друга и спонсора Александра Васильевича Пархоменко:

 

С гостьей юбилейных мероприятий – цветаеведом из Москвы Мунирой Уразовой:

 

А это гость из Японии пытается разгадать, как работает патефон. Кстати, патефон подарила музею опять же Т.И. Кузина! Справа на снимке – гостья из Италии, наша землячка Татьяна Алексенко:

В Баянауле с ещё одной гостьей музея и Славянского центра – Эльвирой Калашниковой, учёным секретарём музея Марины и Анастасии Цветаевых в городе Александрове (Владимирская область):

 

Татьяна Ивановна выступает на открытии выставки Э.Б.  Калашниковой «По следам Цветаевых» в областной библиотеке:

 

От имени Славянского центра – музею А. Цветаевой! Т. Кузина вручает О. Григорьевой памятный знак в честь успешного празднования 125-летия Анастасии Ивановны Цветаевой:

 

Первый посетитель фотовыставки «Мимолётный Пастернак» (подарок нашему музею от Дома-музея Марины Цветаевой, Москва):

 

Т. Кузина всегда находит общий язык с детьми! На традиционном мероприятии, посвящённом Дню защиты детей, в Ленпарке:

 

А если даже Татьяна Ивановна не попадает на наш традиционный «Цветаевский каток» 4 января, она проводит его с внучкой в Новосибирске!

 

По итогам вышеизложенного решением собрания активистов музея  за заслуги в Цветаевском движении Павлодара  и в связи с днём рождения Т.И. Кузиной  вручается памятный именной знак «ПОЧЁТНЫЙ ЦВЕТАЕВЕЦ»!

 

 

 Дорогая Татьяна Ивановна, просим присоединить его к Вашим многочисленным медалям и орденам!

      ПОЗДРАВЛЯЕМ!!! МНОГАЯ ЛЕТА!!!

                                                                                                О. Григорьева.

 

«…Я работаю внучкой"

Сегодня, 1 июля, празднует свой день рождения Ольга Андреевна Трухачёва, младшая внучка Анастасии Ивановны Цветаевой. Родилась она в Павлодаре, и неизмеримо многое делает для того, чтобы павлодарский музей её бабушки имел в своём фонде поистине уникальные экспонаты, связанные с жизнью и творчеством замечательной русской писательницы. Благодаря Ольге Андреевне мы можем показать посетителям оригиналы рукописей и фотографий, личные вещи Анастасии Ивановны, её иконы, книги и пластинки…

Как полушутливо-полусерьёзно говорит на Цветаевских встречах Ольга Андреевна, «в Америке я работаю бабушкой, а в России работаю внучкой…».  И вот в день её рождения мы решили сделать фотовыставку из  фотографий, хранящихся в нашем музее, под таким названием: «…Я работаю внучкой». Всё это – оригинальные снимки, подлинники, на которых запечатлены моменты жизни Оли Трухачёвой: от первых месяцев на руках мамы, Нины Андреевны, до современных, цветных, где Ольга Андреевна уже со своими взрослыми сыновьями… Что особенно ценно – большая часть чёрно-белых фотографий сделана Анастасией Ивановной Цветаевой.

 

С мамой Ниной Андреевной, 1958

На руках у Ариадны Сергеевны Эфрон, 1958, Павлодар

С сыновьями Григорием и Андреем

На павлодарском Цветаевском костре: О. Трухачёва, Г. Зеленин, Т. Кузина

 

Собравшиеся познакомились со статьёй Ольги Андреевны «Уроки жизни» в сборнике «Последний луч Серебряного века»; с воспоминаниями об отце «Была в его жизни сказка» из книги «Памятник сыну».  О. Трухачёва – составитель многих изданий, посвящённых жизни и творчеству А.И. Цветаевой, к примеру, это уникальный альбом с рисунками писательницы «Всех цветов палитры…». Она же составитель книги А.Б. Трухачёва «Сказка о больной слонихе…»:

 В книге «Всемирные Цветаевские костры» (авторы А. Ханаков и Б. Мансуров) есть статья, посвящённая юбилею Ольги Андреевны Трухачёвой в 2007 году. Борис Мансурович Мансуров пишет: «Лучшей иллюстрацией яркой жизни Ольги Трухачёвой являются фотосвидетельства её бытия в цветаевском мире.

     Ольга Трухачёва (Цветаева) в высшей степени представляет собою истинного родственника гениальной Марины Цветаевой, постоянно являя своей активной жизнью в цветаевском мире девиз Марины Ивановны: «Друг – есть действие!».

В статье приводится приветствие Ольги Андреевны первому Цветаевскому костру в Астане в 2007 году:

«Дорогие друзья! «Мы не знаем, но чувствуем, что душа – а душа бессмертна – не может не ощущать памяти людей о себе. Память в человеке живом – самое неземное, не может угаснуть ТАМ, где всё вечно», - говорила моя бабушка.

От всей нашей семьи приветствую участников Первого Цветаевского праздника поэзии в столице Казахстана. Что же это, как не та самая неземная память. Казахстан дорог мне, так как принял всех нас: отца Андрея Борисовича Трухачёва, бабушку – Анастасию Ивановну Цветаеву, маму – Нину Андреевну Трухачёву, моих сестру и брата.

А я родилась в городе Павлодаре в 1957 году. Мы прожили в Казахстане 18 лет, а в 1958 году к нам приезжала тётя Аля, дочь Марины Цветаевой.

Через Целиноград, ныне Астану, мы много раз проезжали по дороге в Москву, часто останавливаясь на ночлег. Сейчас Астана очень красива и знаменита, стала культурным центром Казахстана.

«…И помните, что жизнь быстротечна, как песнь, и будем петь её в законах гармонии. Это единственное наше право, но это и главный наш долг!» - говорила бабушка. Пусть ваша встреча с поэзией Марины Цветаевой будет не последней, а станет началом многих таких праздников. Спасибо за память.

Внучка Анастасии Ивановны

Ольга Трухачёва.

16 октября 2007 г.»

Надо сказать, что Ольга Андреевна непременно присылает приветствия павлодарским Цветаевским кострам и Цветаевским каткам, ежегодным Цветаевским конференциям и другим памятным мероприятиям. Всегда она находит особые, проникновенные, неповторяющиеся слова. Из этих приветствий уже можно составить отдельную книгу!

 

На выставке было представлено одно из них, написанное О. Трухачёвой в августе 2012 года в Елабуге, при нашей встрече на Международных Цветаевских чтениях:

А вот и фотография с этой встречи в Елабуге (автор, Эльвира Калашникова, подписала её – «О. Григорьева и О. Трухачёва. Павлодарские девчонки»):

 

Я рассказала о публикации в журнале «Караван» (интервью с О. Трухачёвой), других интервью с цветаевской внучкой:

И посвятила Ольге Андреевне своё стихотворение:

Город друзей

                  Ольге Трухачёвой

Жизнь начинается заново…

Анастасия Ивановна

После потерянных лет

Справилась с вёрстами-бедами

И в Павлодар неизведанный

Куплен плацкартный билет.

 

Вот он, степной, неизученный…

Радуют речки излучины,

Церковь (хоть без куполов),

Радует дрожь предвкушения –

Чудо свершить воскрешения

Тайною магией слов.

 

Все воскресают, кто дороги,

И испаряются вороги,

Лагерь, и ссылка, и боль…

Самое главное – пишется,

Внучками это услышится,

Им передастся любовь.

 

Просто писала, не ведала,

Что Павлодар неизведанный

Городом станет друзей,

То, что душе её, страннице,

Больше не выпадет маяться,

Что в новом веке останется,

Здесь поселившись в музей!

 

Мы посмотрели киноновеллу «Внучка» (автор, режиссёр Олеся Акинфеева, оператор Владислав Кузьмин), этот документальный фильм был снят в прошлом, 2019 году, в Тарусе, на праздновании 125-летия Анастасии Ивановны Цветаевой и традиционном тарусском Цветаевском костре:

 Председатель Славянского центра Татьяна Ивановна Кузина сказала тёплые слова поздравлений Ольге Андреевне, все присутствующие присоединились, и видеоролик полетел в Америку:

 

И ещё один большой друг музея празднует свой день рождения 1 июля (и не просто день рождения, а юбилей!). Это Елена Николаевна Стражелковская, моя родная и единственная сестричка! Она живёт в Новосибирске. Лена – автор портретов А.И. Цветаевой  (карандаш и пастель), которые украшают экспозицию нашего музея! Активисты музея тоже послали ей свои видеопоздравления!

С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ДОРОГИЕ ИМЕНИННИЦЫ!

МЫ ВАС ЛЮБИМ!!!

                                                                   О. Григорьева.

 

«Вчера ещё в глаза глядел…»

На воскресной встрече в музее А. Цветаевой мы решили отметить столетие со дня появления шедевра любовной лирики Марины Цветаевой – стихотворения «Вчера ещё в глаза глядел…». Оно было написано 14 июня 1920 года, в Борисоглебском переулке в Москве, во времена разрухи и голода послереволюционных лет. Но во все годы, даже очень тяжёлые, в этом доме царил дух творчества. Поэт Эмилий Миндлин вспоминал о Цветаевой тех лет: «Работала она неистово. Писала – как колдовала…».

Мы послушали это стихотворение в исполнении Галины Данильевой, с диска «Марина Цветаева. Примите как чудо», выпущенного Домом-музеем Марины Цветаевой к 125-летию поэта (автор идеи и руководитель проекта Светлана Салтанова).

***

Вчера ещё в глаза глядел,
А нынче — всё косится в сторону!
Вчера еще до птиц сидел,-
Все жаворонки нынче — вороны!

Я глупая, а ты умён,
Живой, а я остолбенелая.
О, вопль женщин всех времен:
«Мой милый, что тебе я сделала?!»

И слезы ей — вода, и кровь —
Вода, - в крови, в слезах умылася!
Не мать, а мачеха — Любовь:
Не ждите ни суда, ни милости.

Увозят милых корабли,
Уводит их дорога белая…
И стон стоит вдоль всей земли:
«Мой милый, что тебе я сделала?»

Вчера ещё — в ногах лежал!
Равнял с Китайскою державою!
Враз обе рученьки разжал,-
Жизнь выпала — копейкой ржавою!

Детоубийцей на суду
Стою — немилая, несмелая.
Я и в аду тебе скажу:
«Мой милый, что тебе я сделала?»

Спрошу я стул, спрошу кровать:
«За что, за что терплю и бедствую?»
«Отцеловал — колесовать:
Другую целовать»,- ответствуют.

Жить приучил в самом огне,
Сам бросил — в степь заледенелую!
Вот что ты, милый, сделал мне!
Мой милый, что тебе — я сделала?

Всё ведаю — не прекословь!
Вновь зрячая — уж не любовница!
Где отступается Любовь,
Там подступает Смерть-садовница.

Самo — что дерево трясти! —
В срок яблоко спадает спелое…
— За всё, за всё меня прости,
Мой милый,- что тебе я сделала!

14 июня 1920

Пронзительные, гениальные строки, выразившие чувства – без преувеличения! – миллионов женщин.

Это стихотворение Марина Ивановна включила в свой сборник 1940 года, который так и не увидел свет при её жизни. И только в 1991 году благодаря озарению и неустанному труду  замечательного цветаеведа Натальи Васильевны Ларцевой этот сборник вышел в Петрозаводске, в издательстве «Карелия». В нём напечатано факсимильное «Содержание», написанное рукой Цветаевой. Стихотворение «Вчера ещё…» - седьмое по счёту:

В комментариях к первому тому собрания сочинений М. Цветаевой в семи томах (Москва, Эллис Лак, 1994), где опубликовано это стихотворение в числе других девяти «Песенок» из пьесы «Ученик», говорится: «В 1920 г. Цветаева работала над пьесой «Ученик» (рукопись не уцелела). В тетради – запись от июля того же года: «Целый день писала… «Ученика»… написала… песенку – с таким припевом: “Я, выношенная во чреве / Не материнском, а морском”. Пусть у меня в 1-й картине – на сон грядущий – поёт Ученик».

Пользуясь случаем, хотим ещё раз выразить благодарность первому директору Дома-музея Марины Цветаевой в Москве Эсфирь Семёновне Красовской за такой бесценный подарок – семитомник Марины Цветаевой!

Кому же посвящено это стихотворение  Марины Цветаевой? Много гостей бывало в этом доме в Борисоглебском переулке в 20-е годы: князь Сергей Волконский и писатель Борис Зайцев, художник Николай Вышеславцев, поэты Константин Бальмонт, Тихон Чурилин, Илья Эренбург, многие участники театральной студии Вахтангова…

Если любопытный читатель обратится к Интернету с этим вопросом, информация будет самая противоречивая – к примеру, что это стихотворение посвящено Осипу Мандельштаму и даже… Сергею Эфрону. Но эти предположения не имеют под собой оснований.

Что мы находим в примечаниях книги «Избранные произведения»  М. Цветаевой в большой серии «Библиотеки поэта» (1965 г.): впервые опубликовано это стихотворение в цикле «Песенки» в журнале «Студенческие годы» (Прага) в 1924 году. Оба стихотворения (первое, написанное 13 июня – «И что тому костёр остылый…») были вложены автором в уста героя пьесы «Ученик», рукопись которой, как мы уже выяснили, не сохранилась.

А кому была посвящена  пьеса М. Цветаевой «Ученик» -  известно. Это художник Николай Николаевич Вышеславцев. В библиотечном фонде нашего музея  хранится книга «Марина Цветаева. Письма 1905-1923», составление, подготовка текста – Л. Мнухина. Значительная часть этих писем была опубликована впервые по данным из архива М.И. Цветаевой, частных коллекций и других источников. На нашем экземпляре – дарственная надпись составителя, замечательного цветаеведа Льва Абрамовича Мнухина, ушедшего из жизни 3 июня этого года.

Так вот, в примечаниях «Адресаты писем М.И. Цветаевой» читаем: «ВЫШЕСЛАВЦЕВ Николай Николаевич (1890–1952) — художник, библиофил. Учился живописи в Париже, участник Первой мировой войны (1916–1918), был ранен, награжден Георгиевским крестом. Цветаева познакомилась с ним в Москве в апреле 1920 г. В момент встречи с Цветаевой Вышеславцев работал библиотекарем в Доме искусств (на Поварской). Плодом влюбленности в Вышеславцева явился цикл из 27 стихотворений Цветаевой <Н.Н.В.> (1922), пьеса «Ученик» (не сохранилась). Вышеславцев написал портреты Марины Цветаевой (черная акварель, 1921, хранится в Третьяковской галерее) и Ариадны Эфрон (не сохранился)».

В книге опубликованы три письма Марины Цветаевой Н.Н. Вышеславцеву 1920 года. Отрывок из письма от 4 мая:

"4 мая 1920 года., понедельник.
НН! - Мое горе в том, что я, отвергая все Ваше, не могу Вас презирать.
И еще мое горе в том, что я не всё Ваше отвергаю.
И третье мое горе - что Вы + доблесть не получили в колыбель - sensibilite (этого слова нет по русски: чувствительность - глуповато, восприимчивость - обще и холодно.)
Sensibilite - это способность быть пронзённым, уязвимость - за другого - души.- Вам ясно? -
И еще мое горе, что Вы, нежный руками - к рукам моим! - не нежны душою - к душе моей! Это было и у многих, но с тех я души не спрашивала…»

А вот фрагменты письма от 31 мая с этими ключевыми словами, почти рефреном стихотворения –  «Что я сделала?»:

«…Н.Н.! вы неправильно со мной поступили.

Нравится – разонравилась, нужна (по-Вашему: приятна) – неприятна, это я понимаю, это в порядке вещей.

И если бы здесь так было – о Господи, мне ли бы это нужно было говорить два раза, - один хотя бы?!

Но ведь отношение здесь шло не на «нравится» и «не нравится» - мало ли кто мне нравился – и больше Вас!..., в Вас я увидела человека, а с этим своим человеческим я последние годы совсем не знала куда деваться!

Помните начало встречи: Опавшие листья? – С этого началось, на этом – из самых недр, - до самых недр – человеческом – шло.

А как кончилось? – Не знаю – не понимаю – всё время спрашиваю себя: что я сделала?...».

В промежутке между этими письмами, 25 мая, было написано четверостишие, которое, в контексте развития отношений Цветаевой и Вышеславцева, тоже, пожалуй,  можно отнести к этому роману:

Одна половинка окна растворилась.

Одна половинка души показалась.

Давай-ка откроем – и ту половинку,

И ту половинку окна!

25 мая 1920

А ещё в мае 1920 года она записала: «Вообще, со встречи с НН, я много потеряла в блеске. Это так ново для меня – я так это забыла – быть нелюбимой!».

Ирма Кудрова в книге «Путь планет» пишет:

«…Как раз в этом же мае (речь идёт о 1920 годе – О.Г.) её бедное сердце, судорожно искавшее опоры, тепла, участия, уязвлено очередным увлечением. На этот раз героем его станет художник Николай Николаевич Вышеславцев. Он живет в том же флигеле Дворца искусств, где жила и Маргарита Сабашникова.

Вышеславцев — личность несомненно яркая и нестандартная. Внебрачный сын управляющего имением у графа Кочубея, он получил прекрасное образование, учился живописи и графике у художника Машкова, затем в течение шести лет продолжал учебу в Париже. Ездил в Италию, хорошо знал языки. Участвовал в войне, был ранен, получил Георгиевский крест. Теперь, как и Сабашникова, он служил в изоотделе Наркомпроса, расписывал панно, рисовал плакаты, оформлял обложки книг. А также писал заказные портреты знакомых литераторов и художников, и еще создал галерею так называемых «воображаемых портретов» — то есть давно живших людей искусства. Устраивал вернисажи. В 1920 году во Дворце искусств была организована выставка его работ.

Его кисти принадлежит странный портрет Цветаевой (черная тушь); настолько странный и мало похожий, что возникает сомнение, создан ли он с натуры или заочно, по памяти. Правда, дата, поставленная художником, — 1920 год. Но в подробных цветаевских записях этого времени — ни единого упоминания о сеансах и позировании.

В портрет, который сделает Вышеславцев, тяжело вглядываться.

Это лицо горя. Большие глаза, неулыбающийся, тяжко сомкнутый рот; лицо предельно измученной молодой женщины…

 Марина Цветаева

Портрет H. Н. Вышеславцева. Около 1920 г.

Вышеславцев ходит во френче и синих галифе; он строен, высок, красив. В воспоминаниях о нем упомянуто сильное его заикание, но странным образом эта особенность ни разу не отмечена в записях Марины.

Страстный книголюб, он занимал должность библиотекаря во Дворце искусств и сам скупал книги; со временем он соберет уникально богатую и тонко подобранную библиотеку. Цветаева же в это время усиленно распродает — денег ради — свои книги… Наконец знак начальственного доверия: Вышеславцеву поручена раздача хлебных пайков членам Дворца искусств. Исполняет он эту обязанность с сухой педантичностью и способен не дать хлеб человеку, пришедшему во время его обеда, или старушке, опоздавшей к раздаче. Марина с неудовольствием это отмечает. Но не сразу.

С первых минут знакомства — оно произошло ранней весной 1920 года — она восхищена добротной культурой Николая Николаевича. И сразу возносит его на недосягаемую высоту. «Это единственный человек, которого я чувствую выше себя, кроме С.», — отмечает она в записной книжке. (С. — это, конечно, муж, Сергей.) Чувство восхищения у Марины — всегда трамплин к быстро набирающему силу цветению любовного чувства — в его специфическом цветаевском варианте.

В первую встречу он помогает ей пилить и рубить дрова, привезти на санках паек (в одиночку ей с этим не справиться). Они обсуждали новонайденную строку Пушкина, говорили о смерти Розанова, умершего год назад, об «Опавших листьях», собирались поехать вместе на его могилу. Выяснилось, что НН (так Марина будет называть Вышеславцева в своих записях) знает наизусть некоторые ее стихи. Но, увы, он не любит XVIII век, и вскоре выяснится, что он не любит и не принимает очень многого из мира цветаевских пристрастий.

Долгое время Марина не знает, что Вышеславцев женат и имеет дочь. Однако живет он с семьей врозь. Для характеристики художника показательно, что женился он «из благородства» — потому лишь, что дама сердца оказалась беременной; исполнив же долг, сразу расстался с женой и дочерью. Теперь они в Крыму.

Вместо того чтобы стать утешением после пережитого ужаса этой зимы, новая влюбленность приносит Марине новые страдания. Об этом свидетельствуют ее стихи и записи, которые становятся почти ежедневными.

Благоразумия, способности к прогнозированию отношений, хотя бы махонького расчета у Цветаевой нет и никогда не будет. В сердечных делах она всегда чрезмерно откровенна и недальновидна. Она полагает, что бескорыстие надежно защищает ее от дурных истолкований: ведь от человека, которого она приняла в свое сердце, ей ничего не нужно, кроме доброго ласкового слова, внимания к ее душе! Но мир устроен иначе; ценить такое бескорыстие может только человек того же замеса.

НН решительно не таков. «Упорядоченный» и всегда владеющий собой, он поначалу увлечен Мариной, но резко отходит в сторону, столкнувшись с ее безрассудством. Ее способ существования — непрактичный, импульсивный — выглядит в его глазах хаосом, беспечностью, неразборчивостью в людях, в лучшем случае детскостью. Он сохраняет вежливую предупредительность, но чем дальше, тем острее Марина начинает ощущать его решительное неодобрение — распорядку ее жизни, привычкам, пристрастиям — всей ее природе!

НН поучает ее и выговаривает ей, и даже когда ничего не говорит прямо, она чувствует его осуждение. Она дурная мать — неправильно воспитывает Алю; не спит ночами и считает это в порядке вещей, хотя ночь дана для сна, а не для гостей и разговоров. Кроме того, ему совсем не все равно, что подумают о них обитатели сологубовского флигеля, когда Аля приносит ему от Марины букетик душистого горошка. Он придирается к ее слишком вольным высказываниям и готов читать мораль — между тем как часто это всего лишь ее страсть к острому словцу. «Мой язык легкомыслен, — записывает Марина, — я соблазняюсь репликой, бросаю ее в воздух, а НН заносит ее в мой позорный список!»

Она поражена в самое сердце. «Я так это забыла — быть нелюбимой!!! — это так ново для меня!» — записывает она. В записях этих недель она бьется как пойманная в силки птица — без толку бьет крылами, страдает от невыносимой душевной боли и решительно не способна увидеть происходящее трезвыми глазами. Она вспоминает давние свои страдания, вызванные разрывом с Нилендером: они были мучительными главным образом тем, что его упреки так и остались ей непонятными. В утешение себе вспоминает Володю Алексеева: вот кто ни в какой ситуации не позволял себе унижать ее поучениями!

Ее новый знакомец оказался не просто моралистом, но и жестокосердым человеком… Он способен сказать об Але, что в ней нет естественности, что у нее «не улыбка, а гримаска». И это говорится прямо в глаза обожающей свое дитя матери! Он пренебрежительно говорит о «стишках» как о «пене слов» (поэту!), способен упрекать Марину в ее чрезмерно восторженном восхищении Блоком. Поэзию его НН называет всего лишь «выплеснутым стаканом», в то время как полотна Рембрандта — «океан»…

С трудом Марина уясняет себе решительное свое несходство с новым кумиром. В ее сознании начинает выстраиваться в один ряд странное для нее беспокойство НН о своей «репутации», и сердечная его глухота, и неприятие книг сестры Аси, и отсутствие вкуса к шутке, и пристрастие к «полезным трудам» — вроде возделывания огородных грядок на территории Дворца. «В нем нет “пронзённости”», — говорит о новом знакомом маленькая Аля, с пеленок усвоившая материнскую шкалу ценностей».

Наталия Кравченко пишет: «Примерно к осени 1920-го пришло время истаять и этому мифу. Его герой, как и все предыдущие, как все последующие, обернулся для поэта всего лишь временным равнодушным спутником. Именно под этим названием Цветаева 13 лет спустя напечатает три стихотворения, обращённых к «Н.Н.В.» А несколько стихотворений в 1923-м перепосвятит другому человеку. Перепосвящения тоже были одной из форм развенчания…»

Марина Ивановна, пережив разрыв с Вышеславцевым, осенью 1920 года записывает в дневнике: «Может быть всё это нужно было, чтобы понять, что у меня ещё живое сердце!».

Художник Н.Н. Вышеславцев

 

С интересным докладом о художнике Николае Вышеславцеве выступала искусствовед Л.А. Данилова на XIV Международной конференции в Доме-музее Марины Цветаевой в Москве в октябре 2006 года. Конференция называлась «Добро и зло в мире Марины Цветаевой», а доклад Даниловой – «”Друг невиданный, неслыханный…”. О художнике Н.Н. Вышеславцеве – адресате стихов М. Цветаевой». В сборнике, вышедшем по итогам конференции, представлено четыре работы Вышеславцева: портреты А. Белого, В. Ходасевича, Б. Пастернака и П. Флоренского.

 

Н. Вышеславцев в 20-е годы много работал как иллюстратор книг. Он автор рисунка обложки сборника М. Цветаевой «Вёрсты». Это было последнее российское прижизненное издание поэта:

И ещё один факт, относящийся к стихотворению «Вчера ещё в глаза глядел…».  Давний друг нашего музея Мунира Мухаммеджановна Уразова (г. Москва) подсказала, что это стихотворение М. Цветаевой звучало в легендарном спектакле московского театра на Таганке. «…Впервые я услыхала этот стих именно в виде песни в спектакле театра на Таганке "Добрый человек из Сезуана", - пишет она, -  совсем не зная, что это Цветаева. Впервые тогда Цветаеву исполняли со сцены, это был дипломный спектакль Щукинского училища курса Любимова…». Надо сказать, что спектакль «Добрый человек из Сезуана», поставленный Юрием Любимовым по пьесе Бертольда Брехта  в 1963 году, положил начало истории театра на Таганке. Постановка, пережившая несколько редакций, сохраняется в репертуаре театра по сей день. Вадим Гаевский писал об этом спектакле: «Это был очень страстный и темпераментный спектакль, полный пения, танцев и поэзии. Причем не брехтовской, а нашей — в частности, мы тогда впервые услышали со сцены стихи Цветаевой. И даже брехтовские зонги, которые обычно должны немедленно остановить любое начавшееся сопереживание, говоря: "стоп, это все условно", придавали еще более страстный и эмоциональный характер происходящему…».

Сейчас довольно много песен написано на это Цветаевское стихотворение. Но на встрече мы послушали именно ту песню, звучавшую в спектакле «Добрый человек из Сезуана» в исполнении А. Васильева и Б. Хмельницкого.

И, согласитесь, по большому счёту совсем неважно, кому именно были посвящены эти строки – художнику Вышеславцеву, или вовсе не было конкретного адресата у этого «вопля женщин всех времён»… Главное – что эти строки написаны, и живут уже сто лет, и будут жить до тех пор, пока в мире будет жива Любовь.

 

О. Григорьева.

 

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, РОССИЯ!

12 июня, День России Славянский центр Павлодара обычно праздновал широко – в городском парке, на большой сцене, с огромным количеством зрителей… Но все мы сейчас осваиваем новый формат мероприятий, и праздник этого года состоялся у нас в приложении ZOOM. Но сразу скажем, что прошёл он на славу – ярко, душевно, содержательно! И благодаря он-лайн формату мы увидели и услышали поздравления не только павлодарцев, но и друзей из разных городов и стран!

А основным техническим координатором стала наша незаменимая Наталия Алешникова:

Открылся праздник песней «Я люблю тебя, Россия» в исполнении Клавдии Кузьминской.

Поздравила всех присутствующих (и в оф-лайне, и в он-лайне) председатель Славянского центра Татьяна Ивановна Кузина:

С приветствием к павлодарцам обратился почётный член правления Славянского центра, Народный артист России, режиссёр Владимир Иванович Хотиненко:

 

«Дорогие друзья, земляки! Поздравляю вас с этим замечательным, уникальным праздником – Днём России! Невозможно никакими словами объяснить это состояние, это можно только опереться на какие-то замечательные цитаты литераторов, как у меня в «Патриотической комедии» Маковецкий говорит: «Вот родился, и всё, ты уже – русский!». Есть столько необъяснимых моментов нашей самокритичности… Вот, к примеру, Пушкин: «Угораздило меня с моим умом и талантом родиться в России…». А ведь большего патриота, чем Пушкин, и представить себе сложно! Или Тютчев: «Умом Россию не понять…». А это как раз говорит о том, что мы живём в совершенно замечательной стране, в совершенно замечательных условиях. Это то, что в нас есть с момента нашего рождения. Это в нас сидит, это нас объединяет, это нас роднит… И от этого мы так друг друга чувствуем. Не буду даже говорить слова «понимаем», а вот именно чувствуем, прорастаем друг в друга… Причём ведь в России что важно. Когда мы говорим «русские», это довольно условно, я вот даже не знаю, до какой степени я русский… И это замечательно, что у нас так всё перемешано! Это просто термин, который нас объединяет! Это ещё одна из  замечательных примет страны, в которой мы живём, и праздника, который мы сегодня отмечаем. С праздником вас! Ваш Владимир Хотиненко».

От русскоговорящих соотечественников Великобритании и Северной Ирландии нам прилетела в подарок песня «Гляжу в озёра синие»!

Из Омска Славянский центр поздравила Наталья Альфредовна Степанова, Заслуженный деятель культуры Омской области, Лауреат Премии Губернатора Омской области за заслуги в развитии культуры и искусства имени И.Г. Андреева.

А наша «звёздочка», Лауреат многих международных конкурсов, ученица русского класса Школы национального возрождения Полина Петрова подарила нам свои песни.

Поздравил Славянский центр председатель совета старейшин казаков Прииртышья В.Н. Тоскаев; ансамбль «Воля» преподнёс в подарок казачью песню:

 С тёплыми  словами поздравления обратились члены объединения «Землячество Алтая» Дмитрий Никифорович Фалеев (руководитель) и Моилжан Сулейменович Канаев. Поздравляли неутомимые поисковики «Майдан жолы».

Видеоприветствия с красивыми национальными танцами прислали представители областной Ассамблеи народа Казахстана: греческий, татаро-башкирский, чувашский  центры, а ансамбль еврейского центра «Голубка» ещё и исполнил «Катюшу»!

Болгары Прииртышья поздравили с Днём России наш центр и прислали в подарок такое пронзительное и мощное стихотворение своего соотечественника Дончо Нанова (перевод Д. Коротаева):

…Не трогайте Россию, господа!

Ведь вы её не знаете, невежды.

Великая терпеньем и надеждой,

Она – иному миру не чета!

Не трогайте Россию, и она

И в этот раз уверенно и гордо

Без лишних фраз

                     решит свои кроссворды,

Пречистою от зла ограждена.

Да вы её должны благодарить

Уже за то, что есть она на свете,

Уже за то, что вам и вашим детям

Одну судьбу с её судьбой делить.

А коль помочь не можете – тогда

Изыдите, хотя бы не мешая.

Иначе – за себя не отвечаю.

Не трогайте Россию, господа!

…..

А затем в  ZOOMе вышел на связь народный хор из Семипалатинска!

Свои яркие музыкальные поздравления прислали солисты нашего «Поречья».

Песню о России исполнил ансамбль Славянского центра «Славянки»:

Всегда трогают детские выступления. Из Новосибирска с Днём России нас поздравлял внук Т.И. Кузиной Влад Кузин, а из Германии  внучка Л.Н. Бевз – Эмилия. Из Геленджика всех приветствовала Евгения Борисовна Бережная:

 

 А молодёжь Славянского центра подарила и стихи, и два зажигательных танца:

В общем, концертная программа удалась на славу!

Выступали павлодарские поэты. Елена Вайберт поделилась воспоминаниями о творческих поездках на историческую родину – в Алтайский край, прочитала своё стихотворение о родных алтайских местах:

 

А Ольга Григорьева прочитала своё стихотворение из цикла «На маминой родине» - о Вятском крае… Она процитировала высказывание великого немецкого поэта Райнера Мария Рильке: «Все страны граничат друг с другом и только Россия граничит с Богом».

Т.И. Кузина в продолжении всего мероприятия читала замечательные строки русских поэтов:

О, Россия! С нелёгкой судьбою страна…

У меня ты, Россия, как сердце, одна.

Я и другу скажу, я скажу и врагу –

Без тебя, как без сердца, я прожить не смогу!

(Юлия Друнина)

Очень интересными были выступления тех, кто присутствовал в этот день в Славянском центре. Людмила Николаевна Асеева читала своё стихотворение о России и сказала красивые слова о дружбе: «В России – многоцветье, которое несёт каждая нация»!

Удивительная творческая семья была на нашем празднике, это Михаил и Зулейха Сербины. Михаил – замечательный бард, поэт, а Зулейха – талантливая исполнительница песен. Этот семейный дуэт – лауреат многих и многих фестивалей и конкурсов. И судьба этой семьи во многом типична для советских времён. Родители Михаила жили в Свердловске, родился он в Молдавии. Зулейха родом из Алтайского края. А встретились они в Казахстане! Михаил – русский, Зулейха – татарка. Две их дочери живут в России, младшая – в Павлодаре. «Наш дом – и Россия, и Казахстан, - сказал Михаил. – Мы едины, и так будет всегда!». И, конечно, этот неповторимый дуэт преподнёс нам в подарок песню.

 Татьяна Сергеевна Корешкова, сотрудник Дома-музея Павла Васильева, рассказала о своих путешествиях по России, подчеркнув, как гостеприимна и прекрасна эта страна! «Мы жили и живём в едином культурном пространстве» - сказала она и привела в пример и деятельность единственного в мире павлодарского музея П. Васильева, и музей замечательной русской писательницы Анастасии Цветаевой, который уже семь лет работает в Славянском центре и хорошо известен всем цветаеведам разных стран.

 

«Да, мы – народные дипломаты! – продолжила тему Татьяна Ивановна Кузина. – На деле показываем, что нет духовных границ!». И вновь звучали стихи:

Большая ты, Россия,
и вширь и в глубину.
Как руки ни раскину,
тебя не обниму.

………..

Большие здесь морозы —
от них не жди тепла.
Большие были слезы,
большая кровь была.

Большие перемены
не обошлись без бед.
Большими были цены
твоих больших побед.

Ты вышептала ртами
больших очередей:
нет маленьких страданий,
нет маленьких людей.

Россия, ты большая
и будь всегда большой,
себе не разрешая
мельчать ни в чем душой.

Ты мертвых, нас, разбудишь,
нам силу дашь взаймы,
и ты большая будешь,
пока большие мы…

(Евгений Евтушенко)

А какой праздник без подарков! Сергей Петрович Гарин и Юрий Дмитриевич Поминов преподнесли в подарок Славянскому центру уникальную, только что вышедшую  в Павлодаре книгу «Войной опалённые строки» (составители В. Болтина, Л. Шевелёва, Т. Покидаева):

А подробно речь о ней пойдёт уже на следующей встрече в Славянском центре  22 июня, посвящённой дню начала Великой Отечественной войны и 75-летию Великой Победы!

 

С ПРАЗДНИКОМ!!!

Легенда цветаеведения…

3 июня ушёл из жизни Лев Абрамович Мнухин, легенда цветаеведения, один из тех, кто возвращал в литературу (и возвратил!) имя Марины Ивановны Цветаевой…

Московский Дом-музей Марины Цветаевой сообщил эту печальную весть:

«После продолжительной тяжелой болезни сегодня скончался Лев Абрамович Мнухин – литературовед и писатель, страстный библиофил, историк литературы, один из главных специалистов по цветаеведению в мире, автор многочисленных исследований и публикаций о жизни и творчестве Марины Цветаевой, один из основателей нашего музея и Музея Цветаевой в Болшеве. Ушла целая эпоха...

Дорогой Лев Абрамович... Наш дорогой и любимый коллега, наставник...

Невосполнимая утрата для всего цветаевского сообщества. Тяжелая личная потеря для нашего Дома....

Трудно писать... Наши самые глубокие соболезнования семье Льва Абрамовича...

Светлая память!»

Во всех Цветаевских музеях России и мира вспоминают в эти дни Л.А. Мнухина. Вспоминали выдающегося цветаеведа 6 июня, в Троицкую поминальную субботу, и в  музее Анастасии Цветаевой в Павлодаре. Мы представили материалы, книги, публикации, фотографии, связанные с этим уникальным человеком.

Вот оригинал фотографии самого Л.А. Мнухина:

На фотографии Лев Абрамович в 1982 году в Челябинске, на Цветаевских чтениях, посвящённых 90-летию Марины Цветаевой. Снимок подарила нам Галина Яковлевна Никитина, он вошёл в книгу Г.К. Васильева и Г.Я. Никитиной «Встречи-свидания с А.И. Цветаевой», выпущенную нашим музеем в 2017 году:

 

Были представлены экспонаты, которые подарил нашему музею Лев Абрамович. Среди них – оригинал письма и открытка, написанные А.И. Цветаевой, а также копия фотографии писательницы с сыном Андреем 1927 года.

Открылось наше мероприятие с видеофильма «Встречи за 20 лет. Памяти Льва Абрамовича Мнухина». Этот фильм с пронзительной музыкой Георгия Свиридова сделала Эльвира Борисовна Калашникова, учёный секретарь музея Марины и Анастасии Цветаевых в городе Александрове, большой друг нашего музея. Специально к памятному вечеру она прислала этот видеофильм. В него вошли многочисленные фотографии Эльвиры Борисовны с различных Цветаевских конференций и чтений, которые проходили в Болшеве, Елабуге, Ново-Талицах, в московском Доме-музее Марины Цветаевой и Музее изобразительных искусств им. Пушкина. Лев Абрамович в кругу цветаевцев – друзей, соратников, единомышленников…

 

     Сколько цветаевских публикаций подготовил к печати Л. Мнухин! Лев Абрамович стал Лауреатом  Премии Правительства РФ в области культуры (2013) за издание „Марина Цветаева. Письма 1905—1923“. А собравшиеся могли ознакомиться с шестым томом – «Письма» из семитомного собрания сочинений Марины Цветаевой (Москва, Эллис Лак, 1995). Составление, подготовка текста и комментарии семитомника – Льва Мнухина. Его составление, подготовка текста, вступительная статья и примечания (вместе с Л. Турчинским) и у трёх книг «Марина Цветаева в воспоминаниях современников». Бесценные свидетельства жизни и творчества великого поэта!

В 1960-70-е годы  Л. Мнухин создал в квартире собственный домашний музей, где начал собирать материалы о М. И. Цветаевой (все прижизненные издания и публикации, личные вещи поэта, материалы о семье и окружении) и русской эмиграции. Благодаря собранным материалам были подготовлены первые публикации (1979—1989) и выпущены первые библиографические указатели, посвящённые Цветаевой.

 

(Снимки предоставлены И.М. Невзоровой)

 

В 1977-1991 годы  в библиотеках Москвы на базе собрания Мнухина проводились Цветаевские чтения, материалы которых вошли потом в состав двух томов сборника «Всё о Цветаевой».

 

С 2011 года Л.А. Мнухин  -  член-учредитель Национального союза библиофилов. В 2017 году в издательстве «Бослен» (Москва) к 125-летию Марины Цветаевой  была выпущена уникальная книга – «Библиофильский венок М.И. Цветаевой»: Автографы и мемориальные предметы из собраний Л.А. Мнухина и М.В. Сеславинского. Этот подарочный альбом-каталог был выпущен тиражом всего 500 экземпляров, и мы рады, что один из них – в Павлодаре!

 

Неоценима роль Л.А. Мнухина в изучении культуры русского зарубежья. В библиотечном фонде нашего музея хранятся тома уникального издания: «Русское зарубежье. Хроника научной, культурной и общественной жизни во Франции» (было выпущено 8 томов).  Это исследование охватывает период с 1920 по 1975 годы. Общая редакция, вступительная статья и составление –  Л. А. Мнухина:

 Предисловием к одному из томов «Хроники» взяты слова Георгия Адамовича: «Слава Богу, что сотни и тысячи русских людей в эти трагические для России годы использовали свои силы, дарования и ставшую их уделом свободу для творчества, которое бесследно развеяться в воздухе не могло и которое войдёт когда-нибудь в «золотой фонд» русской культуры!». Вот так и творчество самого Льва Абрамовича Мнухина уже вошло в этот «золотой фонд»…

Трогательные  слова прощания написал Виктор Леонидов – бард, поэт, композитор, историк, сотрудник Дома русского зарубежья им. А. Солженицына:

«Не стало замечательного исследователя наследия Марины Цветаевой и русской эмиграции Льва Абрамовича Мнухина.
Инженер-электротехник, автор ряда изобретений, он в глубоко советские времена умудрился организовать у себя на квартире домашний музей Марины Цветаевой. И очень много сделал, чтобы ее гениальные строки, хоть как-нибудь, через шлюзы цензуры, все-таки доходили до читателей.
С первыми ветрами перестройки Лев Абрамович стал одной из центральных фигур по изданию материалов, связанных с великим поэтом (Цветаева ненавидела слово поэтесса). Сложнейшее по текстологии цветаевское творчество было им подготовлено для ряда сборников и собраний сочинений. Работая в Доме -музее Марины Цветаевой в Борисоглебском переулке, а потом и в Музее Цветаевой в Болшево, он провел множество конференций и семинаров. Его имя пользовалось огромным уважением среди коллег по всему миру.
…Каждый его доклад, статья были всегда открытием. Он очень ответственно относился к любой своей работе, к каждому слову.
Прощай, дорогой наш Лев Абрамович. Ты очень долго боролся с тяжелой болезнью. Милый Лёвушка, как тебя будет не хватать».

Э.Б. Калашникова выслала нам также видеозапись выступления Виктора Леонидова в Болшево 23 сентября 2017 года со своей новой  песней «Бессмертный полк». Рядом с исполнителем сидит Лев Абрамович. Со слезами на глазах смотрели собравшиеся эту запись…

А еще Эльвира Борисовна прислала  30 уникальных чёрно-белых фотографий с Цветаевских праздников поэзии в Александрове разных лет. На этих снимках А. Ханакова и Л. Казакова (их оригиналы – в фонде музея Марины и Анастасии Цветаевых в Александрове) – тоже Л.А. Мнухин:

 

1985 год

 

1983 год. Выступает Л. Мнухин

1984 год - с Евгением Борисовичем Пастернаком

Действительно, поражаешься, какой объём публикаций в цветаеведении сделал Мнухин. А ведь у него была и «основная» работа! В 1961 году он окончил Московский энергетический институт по специальности «инженер-электрик» и занимался вопросами внедрения в промышленность новых электротехнических устройств, а также возглавлял научную лабораторию, преподавал и писал научные работы (свыше 30 научных публикаций, в том числе учебник для электромеханических техникумов) по проблемам электротехники, получил несколько авторских свидетельств на изобретения,  был кандидатом технических наук…  

К 70-летию Л.А. Мнухина  в 2008 году Дом-музей Марины Цветаевой в Болшеве (где Лев Абрамович был сотрудником) выпустил книгу «Итоги и истоки. Избранные статьи». Тогда, кстати, мы вместе с Татьяной Сергеевной Корешковой тоже послали поздравления юбиляру: «Для каждого, кому близко и дорого имя Марины Цветаевой, так же близко и дорого имя замечательного учёного, неутомимого исследователя её творчества Льва Абрамовича Мнухина. Это имя для нас было просто легендой, пока мы не убедились воочию, какой это отзывчивый и добрый, внимательный и обаятельный человек, настоящий интеллигент. Мы были счастливы и горды, когда на праздновании 1000-летия Елабуги в 2007 году стали свидетелями вручения Льву Абрамовичу Первой литературной премии имени Марины Цветаевой и медали с её изображением. Кто, как ни он, заслужил эту награду! От себя лично и от всех павлодарцев желаем юбиляру много светлых и радостных дней впереди, творчества и вдохновения! Ольга Григорьева, Татьяна Корешкова.

И ещё – стихотворение:

Л.А. МНУХИНУ – в день юбилея!

Во дни сомнений и разлуки,

Вдали от суетной Москвы,

Я вспоминаю имя: МНУХИН!

О, только Вы, и снова – Вы!

 

Кумир для всех цветаеведов

(Не говоря про женский пол)!

Находки, поиски, победы…

Тот счастлив, кто себя нашёл!

 

К Вам поздравления несутся

С брегов седого Иртыша.

Пусть молодыми остаются

Глаза, и тело, и душа!

 

Пускай апрель – и чист, и ярок –

Вас вдохновляет в день любой!

Вы – нам пример! А мы в подарок

Приносим Вам свою любовь!!!

О. Григорьева.

Наше поздравление вошло в книгу А. Ханакова и Б. Мансурова «Всемирные Цветаевские костры».

Да, кажется, что совсем недавно это было – 70-летие Льва Абрамовича, и его книга «Итоги и истоки»… А в 2019 году в издательстве «Собрание» вышел новый сборник Л. Мнухина – «Итоги и истоки: Десять лет спустя»:

Его многочисленные награды и премии – лишь слабое отражение того вклада в историю русской литературы и русской культуры, который сделал этот незаурядный человек… Л.А. Мнухин - Заслуженный работник культуры Российской Федерации (2015), Заслуженный работник культуры Московской области, Лауреат Литературной премии имени М. И. Цветаевой, Лауреат Литературной премии имени С. Н. Дурылина, Лауреат Премии фонда имени академика Д. С. Лихачёва (2012), Лауреат Премии Правительства РФ в области культуры (2013) за издание «Марина Цветаева. Письма 1905—1923», в 2015 году он был награждён бронзовой медалью «Ренессанс Франсез» за заслуги в области франкофонии (сотрудничество франкоязычных стран мира).

…4 июня с утра нас огорошила эта весть – ушёл из жизни Лев Абрамович.  Мне посчастливилось встречаться с ним на цветаевских конференциях и кострах, незабываемым было путешествие на «Цветаевском теплоходе» в 2006 году, где проходили третьи Международные Цветаевские чтения. Мы плыли тогда последним путём Марины Цветаевой – из Москвы в Елабугу. Каждый запомнил яркие и глубокие выступления Мнухина,  неформальное общение с ним… Эти памятные фотографии – с теплохода.

Светлая память, вечная память.

 

На Цветаевском теплоходе

 

                                 Памяти Л.А. Мнухина

 

Говорят, что человек – уходит.

 

Только память наша – не уйдёт.

 

Он вчера уплыл на теплоходе.

 

Был прекрасен этот теплоход.

 

 

На таком в Елабугу мы плыли

 

(Тот, кто помнит, тот меня поймёт),

 

Всё смешалось – небыли и были.

 

Скорбь. Восторг. Цветаевский полёт.

 

 

Он отплыл – легендой, глыбой, льдиной.

 

Что оставил – это нам хранить.

 

Он, конечно, встретится с Мариной.

 

Будет им о чём поговорить.

 

4.06.2020

 

Ольга Григорьева.

 

Самый первый летний праздник!

     Знаете ли вы, друзья, что Международный День защиты детей, который празднуется 1 июня – один из старейших праздников? Впервые в мире его отметили в далёком 1950 году, то есть 70 лет назад!

     Славянский центр Павлодара и музей Анастасии Цветаевой уже много лет проводят этот день с детьми в Ленпарке. В этом году, с учётом карантина, организованных групп школьников не было, но многие гуляли в парке с мамами и бабушками, и с удовольствием присоединились к празднику.

 Председатель Славянского центра Татьяна Ивановна Кузина рассказала о смысле празднования этого дня. «От чего надо защищать детей? – От любой несправедливости!».  

Члены правления Славянского центра и гости принесли цветы к памятной доске А.И. Цветаевой:

Ольга Николаевна Григорьева и Татьяна Сергеевна Корешкова рассказали, что именно в этом парке любила гулять с внучками замечательная писательница А.И. Цветаева, показали фотографии тех лет:

 Участники праздника – и взрослые, и дети читали стихи и пели песни, а самой популярной была всем известная – «Пусть всегда будет солнце»!

Каждый выступающий получил в подарок новую детскую книжку Ольги Григорьевой «Кружечка с секретом»:

Самый маленький участник праздника – двухлетний Саша, который гулял в парке с мамой и бабушкой, пока только смотрел на этот импровизированный концерт:


     А потом девчонки и мальчишки, как и много лет назад внучки писательницы – Рита и Оля Трухачёвы, «оседлали» львов, медведей и слонёнка, покачались на качелях и почувствовали – лето действительно наступило!

И традиционное фото на память!

 

"Лесоповал истории"

31 мая в Казахстане отмечается День памяти жертв политических репрессий.

Анастасия Ивановна Цветаева провела в сталинских лагерях и ссылке 17 лет своей жизни...

                «Лесоповал истории»

 Первый раз А.И. Цветаеву арестовали в 1933 году, 22 апреля. Допросы продолжались по 15–17 часов, но через 64 дня её выпустили. «Максим Горький заступился», – говорила она.

То, что при первом аресте за неё заступился Горький, Анастасия Ивановна поняла из слов следователя при аресте в 1937-м: «Горького больше нет, теперь Вам никто не поможет». Из этого она заключила, что при первом аресте помощь была. Первая жена Горького Е.П. Пешкова, которую Анастасия Ивановна хорошо знала, много хлопотала, помогала арестованным. Помощь, возможно, была и от неё, предполагает биограф А. Цветаевой Ст. Айдинян.

Судя по всему, опасность, угрожающую ей и сыну, Анастасия Цветаева чувствовала давно. Марина, жившая в то время во Франции, пишет в черновой тетради 25 июня 1931 года: «Получила окольным путем остережение от Аси, что если я сделаю то-то, с ней случится то-то – просьбу подождать еще 2 года до окончания Андрюши. Ясно, что не два, а до конца времён». (Андрей учился в институте.)

Речь идет о публикации «антисоветских» поэм М. Цветаевой – «Перекоп» и «Поэмы о Царской Семье». В марте 1931 года в интервью Н. Городецкой («Возрождение») Марина Ивановна впервые в печати упомянула об этих поэмах. Информация вскоре дошла до Советской России и, видимо, обеспокоила сестру. (См. примечания в книге «Марина Цветаева. Николай Гронский. Несколько ударов сердца. Письма 1928–1933 годов». – М.: Вагриус, 2003.)

Лили Фейлер пишет о настроении М. Цветаевой осенью 1937 года: «Очевидно, Цветаева не имела понятия о важных событиях, происходивших в этот месяц…

…Без особой на то причины в Москве была арестована её сестра Ася. Некоторые предполагали, что после загадочной смерти Горького Ася осталась без покровителя. Её могли взять, как заложницу, чтобы Эфрон жил согласно ожиданиям руководства».

Что спасло Анастасию Ивановну в этих нечеловеческих условиях – на допросах, в пересылочных тюрьмах, на этапах, в ссылке? Сила духа, физическая закалка, творчество?

«С 41 года жизни я впервые начала писать стихи. Сперва – английские, затем – русские. Поток стихов залил мои тюремные дни (стихи, рождённые в воздух, утверждённые памятью, ибо даже карандаш в советских тюрьмах был запрещён). Стихи продолжались и в лагере. Но с дня, когда я узнала о гибели Марины, стихи иссякли. И только через 31 год, в 1974 году я написала “Мне 80 лет”, моё последнее стихотворение» (Цветаева А. О Марине, сестре моей // О чудесах и чудесном. М.: Буто-пресс, 1991).

 

…Как странно начинать писать стихи,

Которым, может, век не прозвучать…

Так будьте же, слова мои, тихи,

На вас тюремная лежит печать.

 

Это стихи самой Анастасии Ивановны, написанные в тюремной камере. В автобиографическом романе «Amor» она вспоминает: «В тюрьме среди такого шума в камере… – в камере на сорок мест нас было сто семьдесят, как сельди в бочке, – но такая тяга к стихам была, больше, чем на воле, – за пять месяцев столько стихов, разный ритм… Все повторяла, день за днём, отвернувшись к стене, – это счастье, что я у стены лежала! Если бы между женщинами – вряд ли бы я это смогла!»

Вот фрагмент одного из них – «Сюита тюремная»:

 

Убоги милости тюрьмы!

Искусственного чая кружка, –

И как же сахар любим мы,

И чёрный хлеб с горбушкой!

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Но есть свой пир и у чумы, –

Во двор, прогулка пред обедом,

Пить пенящийся пунш зимы,

Закусывать – беседой.

 

История романа «Amor» заслуживает отдельного рассказа. Он писался в лагере, передавался «на волю» на маленьких листках. Часть листов была из папиросной бумаги, поэтому… ушла на самокрутки, и эти страницы романа были утрачены безвозвратно. Через много лет Анастасия Ивановна вернулась к этому произведению – прочла сохранившееся, восстановила утраченное, и роман вышел в 1991 году в издательстве «Современник».

«Amor», несомненно, автобиографичен, хотя главную героиню А. Цветаева назвала Никой и как бы дистанцировалась от неё… Но так написать о сталинских лагерях мог только тот, кто сам это пережил. Вот лишь несколько небольших отрывков о жизни в ДВК (так, аббревиатурой, всегда писала А. Цветаева о Дальневосточном крае).

«Разве не страшно вспомнить то, как я жила… те шестнадцать месяцев, которые скиталась по разным колоннам постоянно, перебрасываемая с места на место? месяцы – поломойкой, в бараках с полами из бревён, между каждой парой из них надо было – чем хочешь – вынуть полужидкую, полугустую грязь, вытаскивать ящик с ней, и только затем, пройдя так весь барак, начинать таскать воду и лить, лить её несчетно под нары…

И – не лучше – три месяца я работала на кухне, – тёрла. Всё время тёрла: головой вниз – суповые котлы, столы из-под теста, пол, кастрюли – рука правая так и висела веткой – только левой я могла выпрямить на миг пальцы… А так как я не шла на предложения повара – он кормил меня из первого котла: три раза суп и утром – жидкий шлепок каши – ни рыбы, ни пирожка…»

Из барака Нику взяли учетчицей конбазы, увидя её почерк – «библиотечный почерк». Потом перевели в управление, «и я оказалась уже не в бараке, а в комнате на десять-двенадцать женщин».

О почерке… В «Московском звонаре» А. Цветаева вспоминала, как в 20-е годы профессор А.И. Алексеев, ученик отца, помогал ей с приработком, когда она, «овдовев, с сыном-подростком билась за жизнь».

«Служа в библиотеке Музея изобразительных искусств… я брала у Алексеева пачки библиотечных каталожных карточек, копировала их (чаще ночами). Алексей Иванович где-то заведовал каталожным отделом».

Разве могла она тогда предположить, как пригодится ей в жизни этот «библиотечный почерк»! Когда работала в проектно-сметной группе, её «вдруг охватывало холодом, страхом от мысли, что будет ликвидком, что её отошлют на женскую колонну и ей придется снова жить в шумном бараке среди уголовниц – воровок, убийц, бросаться в их драки, разнимая их, чтобы не дать убить друг друга…

Потом пришёл приказ «всю пятьдесят восьмую законвоировать… И я пошла в мастерскую чинить рукавицы, там было плохо, потому что ночные смены, и часа в три, в полчетвертого ночи так дико хотелось спать…»

На кирпичном заводе, в женском бараке (после начала войны бюро расформировали): «Ночью разбуженные спешат к поезду и подают кирпичи на товарняк, женщины брали по три кирпича, каждый весом по три килограмма, – а у неё едва хватало сил на два кирпича, и это вызывало насмешку…»

На кирпичном заводе проработала только зиму, потом перевели в инвалидный городок. Несколько месяцев пробыла дневальной женского барака на шахте.

«На всю жизнь будет памятна ночь, когда… их разбудил хриплый от усталости, но громкий от волнения голос диктора, объявлявший небывалую весть – капитуляцию Германии! Женщины вскакивали, как в бреду, кидались друг к другу, обнимались, крича: “Домой, домой! ”

Кто из них спал в ту ночь?

Сколько надежд, какая невероятная радость!

…Бедные женщины! Месяцы шли, превратились в годы, ни один срок не дрогнул, никто не был выпущен, лагерь проглотил эту весть, как акула, и равнодушно продолжал жить, как до неё…»

Да, спасало Цветаеву то, что в любых условиях она жила богатой духовной жизнью. В очерке «Певица Марианн Андерсен» она пишет: «В чём-то вроде прорабской конторы, прилежно, над листом ватмана, на ДВК (на Дальнем Востоке), зажав в рейсфедере каплю туши, – вдруг срываюсь с места – замерла – слушаю…

Москва? Дальний Восток? Всё пропало! Кинув за собой дверь, стою во дворе зоны, выбежав, как в детство, – на волю? – Пешеход на горных тропинках, пью нектар нечеловеческих звуков. За всё! За прошедшие годы, прожитое, недожитое… Слушаю ЭХО ГОР! Эхо моей – дрогнувшей – жизни…»

«Это было – то, что я хочу рассказать – на вечере агитбригады, на Дальнем Востоке, на станции магистрали – Известковая. На этих вечерах присутствуют вольнонаемные.

Слух до нас, живущих в женском бараке (где насчитывалось 100 женщин), дошёл, что сегодня будет петь солист Большого театра, Сладковский. Нам и ранее называли его – показывали старика в лагерном облачении. Мне привелось обменяться с ним приветствием и несколькими фразами и запомнилось, что он, полушутливо, должно быть, назвал меня “Марфа-Посадница”…

В одном из бараков за прожитые две трети (?) – три четверти десятилетнего срока, меня, помню, добро, шутливо называла наша дневальная Соня – “наша игуменья” – вероятно, и титул “Марфы-Посадницы” был в мою честь дарован за некоторую мужественность и убеждённость, что мы выйдем отсюда, что не надо падать духом, особенно в последний год, когда кажется, что “не доживу до освобождения…” (это общая болезнь лагерей)» (очерк «Под “Клеветой” Россини»).

«Ссылка и лагерь – это вот так! – И она резким движением развела руки в разные стороны – врозь! – Ссылка – это свобода. Можно жить, дышать воздухом, можно работать, можно умереть – никого это не интересует! Нельзя только уехать!

А лагерь – это тюрьма! Собаки… часовые! – И добавила уже тихо: “Стихи в лагере я сочиняла в уме”» (Проза, насыщенная электричеством памяти… // Грани. 1999. № 189).

 

Тишина над тайгою вся в звездах – о Боже!

Да ведь это же летняя ночь!

А я в лагере!

Что же мне делать, что же?

Жить этой ночью – невмочь…

 

Но спасала – надежда. Надежда на то, что всё это кончится. Надежда увидеть сына. Надежда – описать потом, как всё это было.

 

…И разве я одна! Не сотни ль рук воздеты

Деревьями затопленных ветвей,

Лесоповал истории. Но Лета

Поглотит и его…

 

(Глава из книги О. Григорьевой "Зовут её Ася...")

 

В День славянской письменности

Традиционно 24 мая, в День славянской письменности и культуры, павлодарский Славянский центр и музей Анастасии Цветаевой проводят читательскую конференцию, и в этом году она уже восьмая.

Конечно, из-за сегодняшних карантинных условий конференция была не совсем обычной, не очень многолюдной, очно-заочной, а её участники по санитарным требованиям были в масках, но главное – она состоялась!

Открыла мероприятие председатель Славянского центра Татьяна Ивановна Кузина, которая рассказала об истории этого праздника, о создателях славянской письменности Кирилле и Мефодии. «То, что пропагандировали Кирилл и Мефодий, - подчеркнула Т.И. Кузина, - веротерпимость и уважение к другим языкам – очень созвучны принципам, которые провозглашает и воплощает в жизнь Ассамблея народа Казахстана!».

Собравшихся поздравили с ещё одним большим праздником, мусульмане всего мира  празднуют 24 мая Ураза-байрам.

Не могли мы не вспомнить великий праздник 75-летия Победы. Этой дате посвящалось выступление Т.С. Корешковой – о сыне М. Цветаевой Георгии Эфроне, погибшем в 1944 году в Белоруссии, в первом своём бою, в возрасте 19 лет… (тексты выступлений публикуются ниже). А Т.И. Кузина принесла раритет – пластинку с речью И. Сталина 1945 года, где он поздравляет советский народ с Великой Победой! Собравшиеся послушали её на патефоне.

Ещё одна предстоящая дата – День памяти жертв политических репрессий празднуется в Казахстане 31 мая. Вспомнили мы нашего поэта-земляка Павла Васильева, расстрелянного в 1937 году. Т.И. Кузина показала молодёжи книги П. Васильева и публикации о нём, звучали стихи поэта.

В Цветаевской семье были репрессированы муж Марины Цветаевой Сергей Эфрон, её дочь Ариадна Эфрон, её сестра Анастасия Цветаева. Дважды был арестован сын А.И. Цветаевой Андрей Борисович Трухачёв. После своего второго срока он и оказался в Павлодаре, а затем в 1957 году к нему приехала Анастасия Ивановна... В нашем музее оформлен специальный стенд, посвящённый годам репрессий А.И. Цветаевой, которая 17 лет провела в лагерях и ссылке.

Вот сколько тем и событий накопилось для обсуждения! Но вот директор музея О.Н. Григорьева объявляет начало Цветаевской читательской конференции «Читаем Цветаевых».  Часть выступлений в этом году была заочной, кто-то выступал очно, но каждое сообщение было неравнодушным, пропущенным через сердце. 

А открылась конференция, уже по традиции, приветствием младшей внучки А.И. Цветаевой – Ольги Андреевны Трухачёвой:

«Приветствие 8-ой читательской конференции в Музее Анастасии Ивановны Цветаевой в Павлодаре»

Дорогие друзья! Рада приветствовать всех нас на 8-ой Цветаевской читательской конференции «Читаем Цветаевых»!

В такое необычное и непростое время мы, несмотря ни на что, вместе!

Чтобы понять поэта, писателя, музыканта, художника, ученого - надо читать стихи, прозу, слушать музыку, бывать на выставках, читать научные работы. Я за время «Сидим дома» перечла книгу «Две сёстры» (составитель М. Уразова) и книгу воспоминаний и переписки Валерии Ивановны Цветаевой « Я в основе - всегда художник» ( составитель Е. Соснина ). Какие разные сёстры, разный язык, но как они любили свою семью!

Читаем Цветаевых, читаем о Цветаевых, любим и помним!!!

Спасибо организаторам конференции за возможность увидеться и «услышаться»!

Спасибо участникам конференции за память и интерес к литературе!

Всем доброго здоровья, с уважением, Ольга Трухачева.

19 мая 2020 года

США , Монтана.

 

Первой выступающей была сотрудник музея Лариса Ивановна Деркунская.

(Выступления публикуются с сокращениями)

 

Л.И. Деркунская

«Книга А.И. Цветаевой «Воспоминания» - мой путеводитель в мир семьи Цветаевых»

Много лет назад мы с Т.А. Пахомовой (ныне Горбуновой) часто бывали в Доме-музее Павла Васильева. Мы обе работали на алюминиевом заводе, увлекались поэзией П. Васильева, наладили связь музея с заводом, помогали музею, чем могли, жили его интересами и проблемами.

Татьяна Алексеевна, учась заочно, часто бывала в Москве, и однажды С.А. Музалевский попросил её встретиться с вдовой П. Васильева Е. Вяловой-Васильевой по ряду вопросов. Тогда же Т. Пахомова побывала у Анастасии Ивановны Цветаевой. Старшая внучка А. Цветаевой Маргарита Трухачёва тогда уже жила в Москве, а Т. Пахомова была её одноклассницей, они учились вместе в павлодарской школе №8 в 9 и 10 классах…

Эти обстоятельства (как называют их цветаеведы  - «скрещение судеб») вызвали у меня большой интерес к Цветаевым, и Татьяна Алексеевна дала мне прочесть редкую тогда книгу А. Цветаевой «Воспоминания», которую Анастасия Ивановна писала именно в Павлодаре, когда жила здесь с семьёй сына Андрея Борисовича Трухачёва. И жили они, кстати, в 1957-1959 годах на улице К. Маркса, совсем недалеко от дома Павла Васильева.

Книга А. Цветаевой пленила меня с первой страницы. При моей тяге к мемуарной литературе, я была в восторге от неё, более того, мне кажется, лучше, интересней, содержательней, душевней, искренней не может быть написано.

…………………………

А.И. Цветаева воссоздала в этой книге картины быта своей семьи, показала, как все события общественной и политической жизни России того времени воспринимались разными слоями населения. Она рассказала об исключительно богатом окружении семьи.

Достаточно даже прочесть только краткое содержание «Воспоминаний», чтобы не оторваться от этой книги: Россия, Италия, Швейцария, Германия, Франция, Крым, Таруса…; похороны Льва Толстого; встречи и дружба с М. Горьким и т.д. Не перечислить того, что повидали и пережили члены этой уникальной семьи.

Книга вышла в 1971 году и выдержала уже несколько переизданий. Её можно читать и перечитывать и постоянно черпать в ней много ценного, интересного. Я настоятельно советую молодёжи прочесть «Воспоминания» А. Цветаевой и, поверьте, книга будет навсегда вашим другом. А тем, кто интересуется историей России, кто хочет узнать и понять растущую популярность Цветаевых, мой совет  – начните с этой книги.

Именно эта книга привела меня в этот музей и сделала меня его верной слугой.

 

Вероника Кондратюк, студентка Павлодарского Государственного педагогического университета:

«Автографы А. Цветаевой как отдельный жанр литературы»

Дарственные надписи - инскрипты составляют важный материал для исследования жизни и творчества каждого писателя.

Галиной Никитиной и Глебом Васильевым, которых Анастасия Ивановна Цветаева одарила своей доверительной дружбой на протяжении  почти двадцати лет, среди близких, знакомых, и просто почитателей таланта А. Цветаевой выявлено около двух с половиной тысяч автографов, обращенных к ее адресатам.

Они охватывают период, равный без малого восьми десятилетиям - от росчерка пера на первой книге юной Анастасии «Королевские размышления» (1915г.) до надписей 1993 года, сделанных за несколько месяцев до кончины.

Анастасия Цветаева оставила, как, пожалуй, ни один из русских писателей, огромное количество дарственных надписей. В павлодарском  музее А. Цветаевой хранится 157 книг с автографами писательницы. Кроме этого, есть автографы на фотографиях, пластинках, журналах. Как правило, дарственная надпись Анастасии Ивановны становилась свидетельством её отношения к получателю и предполагала его заинтересованность в содержании именно этого произведения.

Для этой творческой работы я решила классифицировать автографы А. Цветаевой по следующим направлениям: «События из жизни А. Цветаевой», «Воспоминания А. Цветаевой о своей сестре Марине Цветаевой», «Характеристика людей, которым были подарены книги», «О любви к литературе», «Вера А. Цветаевой».

…………………………

(примеры автографов)

     Необходимо сказать о редких машинописных книгах с автографами писательницы, которые хранятся в музее. Это три тома автографов 1914-1993 годов "От щедрого сердца", в каждом из которых примерно по пятьсот страниц. Кроме непосредственно автографов в книгах приводятся подробные сведения об их адресатах. Эти уникальные издания выпустили биографы писательницы Глеб Казимирович Васильев и Галина Яковлевна Никитина. Они подготовили также две книги автографов, в которые вошли надписи А. Цветаевой на книгах последнего года жизни писательницы – 1993.  Поражает объем творческой энергии 98-летней Анастасии Ивановны, который она вложила в написание автографов.

     Выделить автографы А.И. Цветаевой в отдельный жанр литературы позволяет тот факт, что каждый автограф представляет собой своеобразное  эссе (прозаическое сочинение небольшого объёма и свободной композиции , подразумевающее впечатления и соображения автора по конкретному поводу или предмету), но в то же время  каждый их них адресован конкретному человеку, что придаёт написанному особый смысл и теплоту.

 

Л.С. Прохорова

«Книга А. Цветаевой  “О чудесах и чудесном”»

Книга А. Цветаевой «О чудесах и чудесном» вышла в свет в 1991 году. Она составлена из отдельных небольших новелл о необычных происшествиях, о чудесах и чудесном в жизни Анастасии Ивановны, её друзей и знакомых. Предисловие Ст. Айдиняна:

«…Книга – уникальна. Не чудо ли, что рукопись её создана писательницей, которой без нескольких годов – 100 лет? Не чудо ли, что в этом преклонном возрасте писательский талант не иссяк, а продолжает блистать всё новыми гранями понимания мира?..».

Говоря о чудесном в жизни А. Цветаевой, нельзя обойти молчанием духовную роль в её судьбе Бориса Михайловича Зубакина, который имел гипнотический дар, был прекрасным импровизатором. Мистик Зубакин был близок православию. Патриарх Тихон, беседовавший с ним, высоко оценил его духовные качества. Имя Зубакина А. Цветаева упоминает в новелле «Статуя», о священном предмете говорится и в новелле «Икона».

А. Цветаева свидетельствует, что потусторонний мир существует. Смерть – лишь порог, за которым – новая жизнь. В новелле «Вещунья» коммунистке, далёкой от веры Раисе Мамаевой явившаяся старуха оказалась призраком, она давно умерла…

Рассказ «Зайка» практически о том же – после смерти человек может передать живым свои чувства и желания, предостеречь о возможной опасности.

……………

(О новелле «О Марине, сестре моей»)

В рассказе «Девочка» (стр.30) действие происходит в Павлодаре. Описан случай с трехлетней девочкой, на которую повлияла враждебно настроенная старушка. … Анастасия Ивановна дала родителям заболевшей девочки пузырёк со святой водой. И ребёнок начал поправляться…

Рассказы А.И. Цветаевой о патриархе Тихоне, о святых людях, о силе молитвы, по словам Ст. Айдиняна – «свидетельства духовные… вести возрождающейся веры, на которой, как на стержне, держится ЖИЗНЬ в самом высшем смысле этого чудесного и таинственного слова».

 

 Ольга Григорьева                                          

                                          «Бродский о Цветаевой»

Сегодня, 24 мая, отмечается ещё одна дата – 80 лет со дня рождения великого поэта, лауреата Нобелевской премии Иосифа Бродского. Поэтому несколько слов мне хочется сказать о книге, имеющей непосредственное отношение к теме нашей конференции – «Бродский о Цветаевой». Эта книга вышла в Москве, в серии «Литературоведение» издательства «Независимая газета» в 1998 году. В неё включены диалог поэта с Соломоном Волковым и три эссе Бродского о Марине Цветаевой.

Во вступительной статье известный цветаевед Ирма Кудрова замечательно передаёт смысл и тон эссе поэта о поэте: «Работы Бродского замешены на нескрываемом восхищении цветаевским творчеством. Слова «это ошеломляет» встретятся здесь не однажды. Но при всём при том автор стремится ещё и поверить гармонию поэзии осознанием её чуда… Эта увлечённость приникания к тайне, это очевидное наслаждение мастера чудом истинной поэзии составляют главную чару статей Бродского о Марине Цветаевой».

Эту «главную чару» эссе Бродского, разумеется, невозможно передать в кратком сообщении, хочу лишь процитировать несколько фрагментов и посоветовать собравшимся обязательно прочесть эту книгу и насладиться соприкосновением с двумя звёздами поэтической вселенной – и Цветаевой, и Бродским, ибо, как отмечала Ирма Кудрова, Бродский был соразмерен Цветаевскому таланту – «он сам был обитателем тех же высот»…

Известно, что Иосиф Александрович называл Цветаеву «самым крупным поэтом двадцатого столетия» (не только среди русских поэтов). В диалоге с С. Волковым он ещё раз утверждает: «Я считаю, что Цветаева – первый поэт XXвека. Конечно, Цветаева».

Очень глубокие и оригинальные суждения Бродского о Цветаевой найдёт читатель в его эссе «Поэт и проза»:

«Обращаясь к прозе, Цветаева показывает своему читателю, из чего слово – мысль – фраза состоит; она пытается – часто против своей воли – приблизить читателя к себе – сделать его равновеликим».

«…Цветаева, чрезвычайно далеко заведённая речью, оказывается наиболее интересным мыслителем своего времени».

………………..

Своё чувство к творчеству Марины Цветаевой Бродский выразил предельно выразительно: «Абсолютное остолбенение перед её поэтической силой».

 

 

Мерей Аушахманов, студент Павлодарского Государственного педагогического университета:

«Рассказы Анастасии Цветаевой о животных как уроки сострадания и понимания»

Начнем с того, что Анастасия Ивановна не только преодолела провалы судьбы, - пройдя через тюрьмы, ссылки, лагеря не только выжила, но и сумела сохранить талант прозаика до наших дней.

Это замечательный человек, который писал автобиографическую прозу, и этот ее тематический «конёк» был неизменным.

Как я понял, у Анастасии Ивановны, было очень много интересных событий в жизни и встреченных ею людей, о которых она писала  с удовольствием, выделяя и отражая сущность каждого.

Но также она очень любила писать рассказы о наших братьях меньших, писала с любовью и интересом, но самое главное было то, что даже в самых удивительных рассказах – будь они о людях или о животных, – нет вымысла. «Жизнь куда богаче вымысла!» – говорила она.

Есть история из детства о собаке, за которую она молилась, ведь та не могла ступать на четыре лапы, и ходила на трёх – и вот она выздоровела. И радость того, когда собака по детской молитве встала на четыре лапы, была безграничной. Это говорит о том, что Анастасия Ивановна с детства относилась к животным с состраданием и считала их равными с людьми. Часто она говорила, что животные все понимают, это мы можем заметить в рассказе «Насекомое», в котором описывается, как маленький таракан замер при виде человека, он понимал, что убежать не успеет, и просто замер.

«– Любопытно!.. Притворилось, что исчезло! – наблюдал человек, - убежать, может быть, удалось бы! Инстинкт (ум) приказал – замереть!

Глядя в лицо человеку таракан просил о пощаде, (надеясь что человек знает ужас небытия?).

Привычно человек наступил на насекомое. Тотчас – опоздав на мгновение – ощущение необратимости.

Даа… Но вот это одно, от страха смертного Притворившееся… Притворившееся, что его нет…».

И если у такого маленького существа есть ум на то, чтобы сообразить дальнейшие действия, то почему тогда мы думаем, что кошки и собаки не способны на нечто большее, на любовь, сострадание, понимание того, что они не правы, и что нужно как-то исправлять данную ситуацию.

………………

(анализ ещё нескольких рассказов)

Сострадание к животным и понимание их  присуще каждому рассказу Анастасии Ивановны. Все они по-своему разнообразны, написаны ярким авторским языком, у каждого рассказа свой интересный сюжет.

Все рассказы о животных А. Цветаевой собраны в книгу «Непостижимые». В каждом рассказе чувствуется душа автора, её любовь к животным, и то, как она с интересом пишет, выделяя и описывая все любопытные моменты, причем порой встречаются рассказы, которые тянут на некий сценарий, написанный к фильму  жанра «триллер». И главное то, что в каждом рассказе есть определенная мысль, которую А. Цветаева хотела донести, и мысль эта понятна и взрослым, и детям, и людям, далёким от чтения. Рассказы читаются на одном вздохе, они очень легки и интересны. А. Цветаева писала очень красочно, описывая природу, мимику, поведение животных, это присуще каждому ее произведению.

Книга «Непостижимые» вышла  в 1992 году большим тиражом, в 50 тысяч экземпляров, два из которых, с личными автографами Анастасии Цветаевой, хранятся в павлодарском музее.

 

 

Илья Влашенюк, кружок «Журналисты», ГУ СОШ 43 г. Павлодара, 3 «А» класс                                                                                  Отзыв о рассказах А.И. Цветаевой

 Мы в классе, совместно со школьным клубом журналистов, прочитали увлекательные истории из жизни Анастасии Цветаевой – родной сестры Марины Ивановны Цветаевой. Написаны эти истории в виде теплых воспоминаний о детстве и юношестве. Книга, в которую вошли рассказы о животных, называется «Непостижимые».

И правда, иногда события в жизни известного семейства кажутся нереальными: то до слез смешными, то до мурашек печальными, даже трагическими.

Мне понравился рассказик «Кот Васька»: уж очень похож цветаевский любимец на нашу домашнюю кошку Кнопку, тоже черную, очень важную, только худенькая она у нас, хоть и пушистая. Представляю себе кота Ваську зеленоглазым красавцем с черными зрачками… Даже фотографировать котика возили в специальный салон, чтобы сохранить память о четвероногом непоседе…

 У Цветаевых, как вспоминает Анастасия Ивановна, было много котов: Том-Том, Цапа и другие. Анастасия Цветаева обращалась с животными как с людьми, но при большом количестве их она любила всех одинаково сильно! Вот у нас одна кошка, а от нее порой столько хлопот! Я не представляю, как Цветаевы со всеми справлялись, а ведь по рассказам четвероногие усатые были не очень спокойные.

Истории-воспоминания Анастасии Ивановны Цветаевой не будет скучно перечитывать. Мне нравятся маленькие рассказы этого замечательного автора, рекомендую всем!     

 

Э.Б.  Калашникова, учёный секретарь музея Марины и Анастасии Цветаевых в г. Александрове Владимирской области РФ

 

                        «Цветаевы в моей жизни»

         Впервые фамилию «Цветаева» я услышала давно. Моя мама была учительницей русского языка и литературы. В разговорах ее с друзьями (а они были тогда молодыми и, конечно, интересовались многим) и звучало иногда: Мандельштам, Пастернак, Ахматова, Цветаева. Именно эти четыре фамилии и отложились в моей памяти. Это было в самом начале 1950-х. В  школьной программе творчество  этих поэтов в то время, безусловно, не упоминалось, да и вообще говорить о них не рекомендовалось, но молодежь всегда интересуется,  пусть и негласно, но запрещенными вещами. Не были исключением и мои родители, а при мне по причине моего малолетства говорить не эти темы не опасались. Но мамы не стало рано, так что поговорить с ней об этом более подробно я не успела.

         Поэзию я любила, стихов читала много и легко их запоминала. Но познакомиться с творчеством М. Цветаевой долго не случалось.

         После окончания института я приехала по распределению в Иркутск. И одновременно туда же прибыли несколько выпускниц МГУ, с которыми я подружилась сразу. Одна из них привезла перепечатанные на машинке стихи Цветаевой. Сказать, что они меня заинтересовали – ничего не сказать. Сразу прикипела. Хотя не все было понятно. Иногда спотыкалась на мифологии, иногда просто озадачивалась сходством каких-то чувств с моими собственными. Проблемы с мифологией легко решились с помощью библиотеки, сходство чувств заинтересовало. С тех первых прочтений и до сих пор любимым у Цветаевой для меня стала «Поэма горы».

         В начале 1970-х в стране уже было издано несколько сборников Марины Цветаевой. Но найти их в магазине было практически нереально. Не помню уже, кто дал почитать сборник из «Малой серии библиотеки поэта». Конечно, прочтение превратилось в срочное перепечатывание на машинке многих стихотворений. Позже эти странички я отдала переплести, так появилась у меня первая собственная «книга» Цветаевой.

         В те годы в Иркутске существовала негласная книжная «барахолка». По воскресеньям любители книг собирались в одном из скверов. Считалось, что люди приходят туда пообщаться и поменяться книгами. Отчасти это так и было. Но все знали, что большинство книг там можно и купить, но по баснословным ценам. Правда, иногда удавалось и поменять что-то, но чаще вопрос решался деньгами. И вот там, потратив добрую половину своей зарплаты, я купила тот же сборник («Малая библиотека поэта»). И опять поняла, что мне не хватает знания обстоятельств жизни Цветаевой. А вскоре, почти как в сказке, вдруг увидела на этой «барахолке»  книгу Анастасии Цветаевой «Воспоминания». Владелец долго не хотел ее продавать, ему требовалось на обмен что-то очень дефицитное. Кончилось тем, что нужную ему книгу я тут  же купила – а сама стала счастливой владелицей «Воспоминаний». Это было как раз то, чего мне не хватало. Текст просто «проглотила» на одном дыхании. Жаль только было, что первое издание заканчивалось ранней юностью сестер. Но с тех пор для меня встали рядом две Цветаевы. И Анастасия Ивановна – не только сестра Марины, а просто прекрасный писатель и человек. И появлявшиеся в печати ее произведения стали новыми открытиями. В журнальном варианте появилось продолжение «Воспоминаний». Их я тоже переплела в виде книги, присоединив туда же «Сказ о звонаре московском» (то и другое было опубликовано в журнале «Москва») и статью «Отец и его музей» из журнала «Наука и жизнь». Так собиралась у меня «цветаевская» библиотечка. Позже «Сказ…» вышел отдельной книжкой. Стало возможным натолкнуться где-нибудь в маленьких магазинах или просто в книжных лавочках на это издание. Не было возможности просто пройти мимо, зная, что книжка прекрасная и достаточно редкая. И я ее покупала. Дарила потом друзьям, которые могли ее оценить. А три книги долго оставались дома. Две из них потом уехали в музей Анастасии Цветаевой в Павлодаре. Так было не только с этой книгой. Иногда встречалось что-то в букинистических магазинах. И опять я не могла пройти мимо, не купив их, здесь все-таки цены с рыночными нельзя было сравнить, а для подарков понимающим людям они всегда бесценны. Так я трижды находила книгу А. Цветаевой «Amor», первое издание – темно-синюю. И две из них с огромной благодарностью были приняты друзьями.  Когда вышел в свет белый двухтомник Марины Цветаевой, мне удалось его купить (на той же книжной «барахолке»). Вот тогда стало возможным насладиться в полной мере и прозой, до этого лишь отдельные рассказы печатались в журналах. Этот двухтомник мне и до сих пор кажется самым удачным из всех изданий. Как и «Воспоминания» А. Цветаевой, я его почти наизусть выучила. Позже вышел семитомник, его приходилось отслеживать по мере выхода отдельных томов, ездить постоянно в другой конец города, чтобы не пропустить очередной том, но мне это удалось. И тогда я подарила белый двухтомник подруге, очень этого жаждавшей, считая, что полного собрания сочинений (на то время) мне хватит. Но по двухтомнику скучала, как по любимому человеку. И когда в букинистическом магазине увидела такой – не устояла и снова купила его для себя.

         К счастью,  с годами вышло в свет достаточно много книг Цветаевых. И все их я старалась иметь у себя, хотя, конечно, это не всегда получалось. Уже в 2010-м году в Петрозаводске (снова в букинистическом магазине) увидела зеленый двухтомник М. Цветаевой. Как можно было пройти мимо! И двухтомник поехал со мной ко мне. А через несколько лет друзья из Минска подарили мне изданный в Минске двухтомник с рисунками К. Родзевича на переплете. Отказаться было невозможно. Все это (и очень многое другое) живет со мной. И мне это греет душу. Когда возникает необходимость у кого-нибудь в такой литературе – я всегда рада поделиться, книги должны быть там, где они нужны.

 И в завершение: это многолетнее увлечение стало для меня второй профессией. Двадцать два года назад мне пришлось по личным причинам резко поменять место жительства. Это было  в 1998 году, многие помнят, что это год дефолта. Приехав в Александров, я обнаружила, что найти работу по моей специальности невозможно. Почти месяц я тщетно ходила по предприятиям Александрова. В один из таких выходов проходила мимо Зала камерной музыки Цветаевского музея. Увидела афишу: «Писательница Анастасия Цветаева и художник Николай Хрустачев».  Выставка. Конечно, зашла. После осмотра выставки, знакомства с только что вышедшим каталогом, а потом достаточно долгого разговора с директором музея, который оказался как раз в зале, дело сложилось так, что на следующий день я вышла на работу в музей. Увлечение почти тридцати лет стало профессией. С тех пор прошло 22 года, теперь это уже можно утверждать без сомнений.  

 

Татьяна Корешкова

           ПОКОЛЕНИЕ ГЕНИАЛЬНЫХ МАЛЬЧИКОВ

 Уже становится доброй традицией в День Славянской письменности и культуры в Музее Анастасии Цветаевой Славянского культурного центра Павлодарского отделения Ассамблеи народа Казахстана проводить читательские конференции, глубже вчитываться в произведения писателя, знакомиться с новыми книгами, поступившими в фонд музея. Мы благодарны всем друзьям музея, которые передают в дар музея уникальные книжные издания, новые публикации о жизни и творчестве сестёр Цветаевых

 Сегодня хотелось представить новую книгу издательства АСТ РГАЛИ г. Москвы "Неизвестность будущего", выпуска 2017 года под редакцией Е. Коркиной, В. Лосской и А. Поповой. Это книга дневников и писем Георгия Эфрона - сына Марины Цветаевой.

Ранее в 2005 году вышло двухтомное издание "Дневники. Георгий Эфрон". Много нового и интересного узнали мы о времени и о малоизвестных фактах семьи Марины Цветаевой.

Как говорила Марина Цветаева: "Есть у меня важный свидетель - сын, "умный и суровый" Мур".

Родился он 1 февраля 1925 года в Чехии, а погиб 7 июля 1944 года на полях сражения на Белорусской земле. В своём первом бою вместе с сотнями рядовых солдат, обеспечивающих наступление Красной Армии на первом Белорусском фронте. Плита с его именем установлена на могиле неизвестного солдата рядом с деревней Друйка.

В год 75-летия Великой Победы нужно отдать дань памяти и уважения всем солдатам, защищавшим Родину. Сложная и трудная судьба выдалась у Георгия Эфрона.

«Мы живём в эру относительности и сомнений".

"Нет никакой уверенности ни в чём, но я надеюсь на будущее".

"Из двух возможностей одна будет менее плохой. И мы, именно, эту возможность и выберем".

«Сила моя в умной воле и в вольном уме».

«Чем больше видишь новых людей и явлений, тем больше думаешь и умнеешь».

«Мой дух остаётся навечно отмеченным ненавистью к мещанам, жестокой и трезвой ненавистью».

Всё это строки из его дневников 1940-1941 годов.

Дневники он начал вести сразу по приезду из Франции в СССР, Москву с июля 1939 года. Последний дневник № 17 кончается записью 25 августа 1943 года из ташкентской эвакуации в Москву.

В Российском государственном архиве литературы сохранилось более 800 страниц рукописей Георгия Эфрона.

Все дневниковые записи отличаются аккуратностью письма, помарки в них практически отсутствуют, ошибочное слово он не зачёркивал, а заключал в скобки, даты подчёркивал или выделял красным карандашом.

Он готовился стать писателем.

Дневники Георгия Эфрона - ценнейший материал для историков и исследователей жизни и творчества Марины Цветаевой.

Последние годы жизни Марины Цветаевой по дневниковым записям сына можно отследить день за днём. В дневниках описаны перипетии и трудности быта Марины Цветаевой.

Трогательно и волнительно описаны первые дни Великой Отечественной войны. Политическая зрелость автора дневников раскрывает страницы истории Великой Отечественной  и Второй мировой войны.

"Вчера 22 июня, в 12.15 утра Молотов, Народный Комиссар Иностранных Дел, произнёс речь по радио, чтобы объявить, что после того, как немецкие войска напали на советскую границу, и нацистские самолёты бомбили Киев, Житомир, Каунас, Севастополь, Германия объявила войну СССР. Молотов назвал эту агрессию "беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством".

Это пишет юноша, которому 16 лет. Он как аналитик описывает события на фронтах Великой Отечественной войны, анализирует их, строит прогнозы.

 "Я лично думаю, что немцам не удастся добиться решающих успехов  в СССР, и им придётся вести позиционную войну. Их наступление будет остановлено... (27.06.1041)

Дневники - психологический документ. Лейтмотив Георгия Эфрона их ведения и почти каждодневных записей - это одиночество.

На его глазах были арестованы сестра и отец. В августе 1941 года он потерял мать. И оставшиеся три года своего короткого жизненного пути он прожил в одиночестве. Одиноко и божественно ушёл из жизни, погиб в 19 лет.

В сентябре 1943 года он выехал из Ташкента в Москву. 11 октября 1943 года получает отсрочку от призыва до 15 октября для устройства дел. При помощи Алексея Толстого, Н. Тихонова, А. Межирова получает длительную отсрочку. Устраивается комендантом в общежитие метизного завода "Пролетарский труд". Пытается поступить в Институт иностранных языков, но в конце ноября 1943 года по рекомендации Алексея Толстого поступает в институт литературы. Проучился более трёх месяцев и 1 марта 1944 года был мобилизован. После обучения в запасном полку в подмосковном Алабине он в конце мая 1944 года в составе маршевой роты отбыл на Западный фронт и погибает в первом же бою 7 июля 1944 года.

Ещё когда Муру не исполнилось и двух месяцев, в 1925 году Марина Цветаева в своих черновых тетрадях отметила: "Мальчиков надо баловать – им может быть на войну придётся?»

Короткая и пронзительная жизнь Георгия Эфрона (Мура) сохранилась в его дневниках и письмах. Это бесценный документ эпохи.

Книга "Неизвестность будущего" уникальна ещё и тем, что в неё  вошли 11 писем Георгия Эфрона матери, тёте  и сестре. Проиллюстрирована книга и замечательными рисунками автора. Это всё в данной книге сделано впервые, опубликовано 25 рисунков Георгия Эфрона.

Письма и рисунки Георгия Эфрона - это тоже художественное наследие, глубже раскрывающее его внутренний мир и творческую манеру.

Острота взгляда на происходящее, чувство историчности и избранности - эти свойства были характерны для конца тридцатых годов двадцатого столетия.

Вот так зарождалось поколение гениальных мальчиков, чистых и смелых, которые обладали прозорливым предсказанием будущего.

У него был свой исторический взгляд на жизнь. Он был человеком ярко выраженного интеллектуального склада. Мур культивировал лабораторные жанры - дневники, письма, записи, антологии цитат из прочитанных книг. Читая его дневники, поражаешься его начитанности. Он читал много и на разных языках. Из его литературных опытов в РГАЛИ сохранилась записная книжка его стихов и прозы " Проба пера".

Есть в книге и уникальныне иллюстрации, фото из фондов РГАЛИ, Дома-музея Марины Цветаевой  и из архивов Льва Мнухина и Ю. Клюкина.

В одной из предсмертных записок Марина Цветаева просила:" Берегите моего дорого Мура. Он очень хрупкого здоровья. Любите как сына - заслуживает..."

Не уберегли.

Остались его дневники, письма - бесценные документы эпохи.

Из дневников:

- приходится жить как-то плоско;

- остаётся мириться с судьбой;

- мне всюду хорошо;

- излюбленная тема - ожидания. В жизни всегда нужно ждать.

Из письма сестре Ариадне Эфрон;

- Живу жизнью довольно бесцветной, но всё хорошее впереди. И всё-таки приятно,  что приближается лето - всё же может будет веселее, чем зимой. Всем сердцем я с тобой. Твой брат Мур. (24 марта 1941 года)

Во всех письмах, дневниках чисто цветаевская черта - исторический взгляд на собственную жизнь.

" Но я полон любопытства к своей собственной судьбе, и мне объективно интересно, с точки зрения историка и романиста, как она будет в дальнейшем развёртываться"...

 « “Дневники”, книга “Неизвестность будущего” будут и дальше вызывать потрясение и переворот в душах читателей».  (Татьяна Горяева)     

 

   

 О.Н. Григорьева                              

                       "Штрихи к портрету Евгении Куниной"

Не раз на наших встречах в музее, посвящённых жизни и творчеству Анастасии Ивановны Цветаевой, мы называли имя Евгении Филипповны Куниной, читали её стихи и отзывы о её творчестве, написанные А.И. Цветаевой. Хочется вспомнить о ней и сегодня.

Е.Ф. Кунина - друг А.И. Цветаевой с 1962 года, поэтесса, переводчица, по специальности – зубной врач. Стихи Евгении Куниной печатались в книгах и журналах. Сохранилось 203 письма Е. Куниной к А. Цветаевой за 1964-1991 годы.

Хорошо написал о ней (предваряя одну из публикаций) Виктор ЛЕОНИДОВ, зав. архивом-библиотекой Российского Фонда культуры:

«

«Бывает так, что человек входит в историю потому, что его оттеняла личность другого. Известного, знаменитого. Так случилось и с Куниной. Ее все время встречали в обществе Анастасии Ивановны Цветаевой, долгие годы бывшей одной из последних живых свидетельниц и участниц Серебряного века.

Между тем сама Евгения Филипповна была человеком необычайно одаренным. Переводы Куниной из Гюго, Мюссе, Ромена Роллана, Арагона давно признаны классическими. Она, как не многие, чувствовала сам ритм языка и в переводах могла добраться до неповторимой авторской интонации.

Но, кроме всего, Евгения Филипповна писала стихи. Этому ее в свое время учил Валерий Брюсов, когда она осваивала науку поэзии в Высшем литературно-художественном институте. Кунина поступила туда после окончания лингвистического отделения Московского университета. Ближайшей подругой Куниной на долгие годы стала Аделина Адалис, у которой она также училась мастерству стихосложения.

Сама Евгения Филипповна считала, что ее произведения не готовы для широких читательских кругов, пока не почувствовала к ним большой интерес не только со стороны друзей, но тех, кто хоть раз слышал стихи в ее исполнении. Эта высокая требовательность и скромность были неотъемлемой составляющей удивительно светлой и порядочной личности Куниной. И, как написала Анастасия Ивановна в предисловии к книге стихов Евгении Филипповны, «высокая человечность, оптимизм, восхищенность природой, радость запечатлеть все увиденное — отличает и разнообразие стихотворных тем Евгении Куниной».

«Странно трогает сердце тоскою…» — написала Кунина в далеком 1916 году. Мы предлагаем вам самим оценить талант этой удивительной женщины, сумевшей сохранить сквозь все страшные годы ХХ столетия честность, интеллигентность и умение удивляться каждому новому дню».

А теперь об одной из находок прошедшего года. В фондах павлодарского музея А. Цветаевой  хранится стихотворение, посвящённое памяти А.И. Белецкого [Алекса́ндр Ива́нович Беле́цкий (1884-1961) - русский, украинский и советский литературовед, академик АН УССР (1939), АН СССР (1958)].

Это машинопись с пометками, без указания автора, под стихотворением стоит дата - "Узкое", декабрь 1961. Сложно было его атрибутировать.

Чьё это стихотворение? Могла ли быть Анастасия Ивановна  в Узком в 1961 году?  В  «Хронологическом обзоре жизни и творчества А.И. Цветаевой» Ст. Айдиняна я  такого факта не нашла… Начались поиски. Конечно, первой, к кому мы обратились, была внучка А.И. Цветаевой Ольга Трухачёва. Ольга Андреевна выразила сомнение в авторстве Анастасии Ивановны - все её стихи были опубликованы.  О. Трухачёва сделала предположение, что это могут быть строки Евгении Куниной. Литературный секретарь А. Цветаевой Станислав Артурович Айдинян тоже склонялся к мысли, что это стихотворение Евгении Филипповны, почерк похож на её. Наконец, с помощью Ст. Айдиняна мы вышли на внука Е.Ф. Куниной Михаила Михайловича Кунина. Поиски завершились успехом! Авторство было установлено.

М.М. Кунин отозвался тёплым письмом: «…Я очень благодарен Вам за эту находку, особенно в свете того, что именно сейчас мы заканчиваем работу над подготовкой к печати практически полного собрания стихотворных сочинений Е.Ф. Куниной.Я был бы очень счастлив, если бы у Вас в архиве нашлись еще какие-либо стихи Е.Ф. Куниной. Конкретно этого стихотворения у нас ранее не было.Желаю Вам всего самого доброго!М. Кунин.»   

 Из клетки истлевшей (зачёркнуто)

[Сверху от руки написано: Andante cantabile (с итал. - «медленно и певуче)]

                            Памяти А.И. Белецкого

Пусть ветшает земная одежда:

Меркнет взор и морщинится лоб,

Радость гаснет и вянет надежда,

Чует кожа предсмертный озноб.

Пусть и чувства простыли, и мысль оскудела.

Дух, что в каждом до срока сокрыт,

Из души одряхлевшей, из бренного тела,

Как из клетки истлевшей

                                на волю

                                      взлетит.

«Узкое», декабрь 1961 г.

 

Это сообщение о подруге А.И. Цветаевой Е.Ф. Куниной хочется дополнить штрихами из книги Дмитрия Быкова из серии ЖЗЛ «Борис Пастернак». В ней  говорится:

«В двадцать втором году в жизни Пастернака появляется дружба, без какой почему-то не обходится биография большого поэта: такая биография всегда символична, а значит, роли в ней расписаны заранее. Есть и роль «тихого друга», незаметного, бескорыстного обожателя, которого поэт выделяет из многих, платит взаимностью, опекает. В двадцатые годы это – Иосиф и Евгения Кунины, брат и сестра…».

Д. Быков подробно описывает дружбу Пастернака и Куниных, чувства в которой, действительно, были взаимны (глава 11, подглавка 3).

«…Чтобы дать Жене Куниной возможность как-то его отблагодарить (Пастернак очень помог брату – Иосифу Кунину, вызволив его из ссылки в 1924 году – О.Г.), разрешить это немое безвыходное обожание, - Пастернак стал у неё лечиться: с зубами вечно были проблемы. Однажды Женя отважилась показать ему свои стихи, и Пастернак ответил ей с великолепной непосредственностью: «Очень мило… Приятно видеть, когда стихи пишутся человеком в меру его способностей».

Она не обиделась. Если вдуматься, это был комплимент…».

Наверняка подруги – Анастасия Ивановна и Евгения Филипповна – не раз в своих разговорах вспоминали Пастернака, с которым обеих (в разные годы) связывала многолетняя дружба.

 

Выступления были разнообразны и интересны, два часа конференции пролетели незаметно! Собравшиеся выразили благодарность всем, кто участвовал в ней заочно, особенно Эльвире Борисовне Калашниковой (г. Александров), большому другу нашего музея, благодаря которой наши фонды часто пополняются новыми книгами и публикациями!